Книга Бог сломленных, страница 5 – Кэмерон Джонстон

— Ты предан Сетарису и Аркануму? Ты когда-нибудь получал деньги или другие блага от иностранных держав? Тебе приходило в голову прибегнуть к кровавому колдовству?

Допрос тянулся целую вечность, а механизмы с иглами, похоже, вынуждали мальчика говорить правду. Когда ответ устраивал Киллиан, техник нажимал на рычаг, и Одаренный дергался от потрескивающей энергии, охая и рыдая. В его разум внедряли мысль, что даже думать об измене не стоит.

Пару раз они столкнулись с неодобряемым ответом или наклонностями, и тогда техник наклонялся, внимательно глядя на аппарат, обращался к Киллиан, и та принималась за дело, вставляя иглы, чтобы шок, боль и магические манипуляции переломили точку зрения Одаренного в нужную сторону, а затем внедрили ее в мозг. Я был живым доказательством того, что это не всегда срабатывало как надо, но я вредил своему рассудку всеми возможными способами.

Было бы гораздо проще и менее болезненно, если бы этим вместо них занялся я, но я ни за что не стал бы делать такого по своей воле, да и Арканум никогда в жизни не доверит подобную задачу никчемному тирану вроде меня.

Киллиан и ее механизмы принялись обуздывать Червя магии, искушающего использовать все больше и больше магии, пока полностью не утратишь самоконтроль, а твое тело и разум превратятся в пустую оболочку для нее. У меня пересохло во рту. Это была самая ужасная часть.

— Открой свой Дар, – приказала Киллиан, засунув мальчику между зубами деревянный, обернутый кожей стержень. – Впусти в себя как можно больше магии.

На этом этапе никто не знал, созреет ли Дар юноши, чтобы тот стал полноценным магом, но Арканум все равно соблюдал свои незыблемые правила. Лучше сейчас, иначе будет поздно. Техники считали в механизмах определенные арканные знаки и сообщили, что испытуемый напряг Дар, и тут началась настоящая пытка. Иглы вонзались в кожу, а молнии из бутылок осыпали ее искрами, и комната наполнилась зловонием жженых волос. Механизмы завыли, и в голову мальчика полилась магия, чтобы внедрить единственную мысль: нельзя слишком сильно открывать Дар. Если попытаешься, ты будешь страдать! Мальчик вопил сквозь кляп, пока слюна не стала красной от крови.

Моя голова пульсировала от мучений несчастного, и я отвернулся, уставившись в стену, пока Киллиан не закончила истязать его до потери сознания. На сегодня механизмы техников завершили работу, и я не мог не пожалеть мальчишку, ведь он и не подозревал, что иглы и молнии в бутылках – лишь первый из трех сеансов. На меня накатила волна тошноты: я сам прошел через это и знал, какие ужасы ждут впереди. Утром его с криками и пинками потащат обратно, чтобы подвергнуть еще более кошмарным процедурам.

Маг в коричневой мантии вывезла потерявшего сознание пациента, а за ней ушли и техники, оставив меня наедине со старым другом и бывшей возлюбленной. Из-за нашего прошлого я чувствовал себя немного неловко, ведь теперь она стала одним из семи членов Внутреннего круга, отвечающих практически за все, и могла отдать приказ бросить меня на костер, если сочтет нужным.

Киллиан перестала притворяться хладнокровной и равнодушной, опустилась на стул в углу, сорвав с головы обод, чтобы освободить волосы, и глубоко и неровно вздохнула:

— Как же я это ненавижу.