Книга Бог сломленных, страница 37 – Кэмерон Джонстон

— Передай мое почтение Ангарад.

Я вышел, сердце бухало кузнечным молотом, а в горле стояла желчь. Откуда она знает это проклятое имя?

Пока я тяжело поднимался по ступеням, шрамы зудели. Она посмеялась надо мной?

Залы наводнили испуганные перешептывающиеся маги, и многие вопросительно обернулись, когда я вышел из покоев Шадеи.

— Железная карга вернулась, – сказал я, с некоторым удовлетворением осознавая, что неудачное, но подходящее прозвище приживется.

Протиснувшись вперед, я затерялся в толпе.

Нужно собрать котерию и убраться отсюда, пока не поздно. Многие из Арканума слышали, что я приложил руку к убийству бога во время Черной осени, но большинство не верило. Теперь все совсем иначе. Гораздо хуже, чем убийство бога. На их глазах я создал бога, а это значило, что ненавистный тиран действительно обладает знаниями, за которые многие с радостью убьют. Я был силен как никогда – сильнее, чем имел на это право, – и все же оставался лишь бледной тенью старшего мага. Уязвимость не давала мне покоя. Воспользовавшись хаосом и болотом расползающихся слухов, я сбежал, прежде чем кто-нибудь догадается меня остановить.

Переулками и воровскими закоулками я пробрался к таверне, где оставил свою котерию. Если залягу на дно на одну ночь, то смогу избежать всех неудобных вопросов и неприятных проверок. Они не посмеют отложить кампанию против Скаллгрима ради того, чтобы допросить одного упрямого ублюдка. А главное, моя правая рука. Я не мог позволить им увидеть распространяющуюся черноту – они ни за что не допустят, чтобы тронутый порчей Червя тиран возглавил армию. Неважно, чего это будет стоить, победы в войне или целого мира.

Когда дело доходит до общения с людьми из не слишком респектабельных частей города, знати Арканума более всего вредит то, что свои секреты они накрепко привязывают под мантиями, нарушая при этом собственное кровоснабжение. Они никогда не доверяют всей правды стражам-простолюдинам, и при этом сами они… то есть мы в основном из благородных домов, и поэтому понятия не имеют, с чего начинать поиск негодяев, скрывающихся в Доках. В этом они полагаются на тех самых стражей, от которых привыкли скрывать информацию. Значит, глупцы даже не сообщили стражам, почему меня ищут.

Перед тем как уйти на войну и смерть, стражи не озаботились прочесыванием задворок Доков ради поиска одного мага, да еще неизвестно зачем. Ясно, что им хотелось провести последнее драгоценное время со своими любимыми. Жовиан еще сохранил знакомство с несколькими стражами, он даже тренировал лучших из них, а кошель с монетами, презентованный покойным Альвардом Кернасом, помог им поддержать семьи. Нам его мешок дал возможность обожраться приличной едой и напиться перед войной в последний раз, а моей котерии после долгого заключения жратвы требовалось адски много.

Вон еще не оставил плана смыться в ночи, и когда я вышел опорожнить мочевой пузырь, он сбежал, вернее, попытался. Только по какой-то причине не сумел найти дверь и метался по комнате круг за кругом, тщетно тыкаясь в стены.

Когда я вернулся, остальные потешались над ним, здоровенной тупой скотиной. Но один за другим постепенно прекратили смеяться, когда поняли, что он не пьян, а на самом деле не видит дверей. Потом все растерянно обернулись ко мне, и я поднял кружку эля, приветствуя их. После этого они отвели взгляды.