Книга Две судьбы Хальвдана Черного, страница 106 – Елизавета Дворецкая

— Нет никаких йотунов! – упрямо твердил Хальвдан, крепко держа рукоять Пса Хель. Но его пробирал холодок: а может, они правы, только он слеп? – Свинойотунша накладывает на вас чары страха! Вы же не поддадитесь ей, вы же мужчины! Кто чего увидит, делай знак Тора и говори: именем Тора, я сам по себе!

Люди стали повторять за ним, и напряжение отпустило: пугающие видения скрылись. Однако туман был таким густым, что даже деревья в нем исчезли. Бегло оглядываясь, Хальвдан видел то же, что на погребальном корабле Гудрёда: серую, слегка подвижную пелену. Уж не занесло ли их всех в Хель? Есть ли еще мир людей за этой пеленой?

Скррр… Хальвдан содрогнулся всем телом: показалось, это скрежет ножа по пустому блюду. Сейчас послышится смех нежного женского голоса, туман разойдется, и Госпожа-под-Покрывалом предстанет перед ними – с полной корзиной синевато-черных яблок в лунно-бледных руках. Яблок у нее много – собери войско хоть в тысячу человек, хватит на всех и на каждого.

Нет – это скрипит сухая ветка у кого-то под ногой. Но это же мгновение ужаса заставило Хальвдана опомниться.

— Браги! – обернувшись, закричал он. – Где ты? Парни, кто видел скальда?

— Я здесь!

Браги подошел к нему. В простом шлеме, со щитом и топором в руке он ничем не выделялся в толпе хирдманов – разве что большей уверенностью. Арфу свою он оставил на корабле среди прочей поклажи, не нужной в бою. Хальвдан и не ждал, что Браги Скальд станет сопровождать его в сражении, но у того, как оказалось, имелось все боевое снаряжение, а опыта больше, чем у любого из Хальвдановых людей.

— Ты слышишь? Это Хадда! Та свинойотунша, что встретилась мне в лесу в Агдире! Это она творит какие-то чары…

— Здесь были «боевые оковы», да. И этот туман…

— Сделай что-нибудь! Ты-то знаешь, как из этого выбраться?

Однажды – на погребальном корабле, – Хальвдан уже испытывал подобный ужас. Но там он был один, а не с целым войском. Там у него был враг – Гудрёд, а здесь он даже не видел Хадду – истинного врага. А ведь где-то рядом и Гандальв с войском. Пусть их вдвое меньше – если Хадда сделает так, что им туман не помешает, они подберутся и перебьют беспомощных вестфольдцев, как овец. При мысли о том, что проиграет свою первую битву – не другому конунгу даже проиграет, а какой-то свинойотунше, – Хальвдан чувствовал такую досаду и бешенство, что готов был кусать свой щит. Но что делать, если ее даже не найти?

— Да уж, подруга твоя как следует закутала голову козьей шкурой!^[25] – сказал Браги Скальд. – Но ладно, я ее раскутаю. Следи, чтобы люди держались вместе и молчали. Говоришь, ее имя Хадда?

Браги прошел еще три шага в туман – Хальвдан едва сдержал желание схватить его за рукав, пока не сгинул, – и заговорил.

Браги говорил нараспев, подняв голову и обращаясь к туманной пелене. Но Хальвдан ощущал, что туман его слушает: где-то в его глубинах затаился некто невидимый, и эти слова уже заставили его замереть.

— Феееху! – выкрикнул Браги Скальд имя руны, и этот возглас напомнил Хальвдану ночь на кургане, когда Браги вот так же вызывал силу рун, чтобы открыть ему дорогу в Хель.