Книга Печать безумных. Пророчество, страница 159 – Екатерина Гичко

— Хочу! И не надо указывать на насильственность действий, госпожа преступница. Вы мне тут заговор за спиной устроили! И всё обставили так, чтобы сухими из воды выйти. Но Лирку я не отдам! Она живёт здесь! — Узээриш решительно ткнул пальцем в пол. — Под моим присмотром! — и елейно: — Вы столько лет заботились о ней, госпожа Майяри, теперь моя очередь. Мы, между прочим, с ней почти друзья. Иррес, подтверди. Мы же с тобой уже сдружились?

— Ты мне не друг, — простонал страдающий подселенец.

— Я принесу похмельное зелье, — пообещал Риш.

— Но мы можем попытаться, — Иррес чуть ли не рыдал.

— Видите? А я тоже имею право заботиться о своих друзьях.

Викан с громадным удовольствием следил за представлением.

— Сильнейший… — змеёй зашипела Майяри, но осеклась. Стиснула зубы и немного подумала. Увы, усталость сковывала рассудок и она не могла выдать ни одного делового предложения, чтобы договориться миром. Нет, угрожать повелителю Салеи как-то совсем неправильно, но Лирка…

Раздался хруст, и взоры всех мгновенно притянулись к медвежонку. Ханён кое-как встал на дрожащие ноги и с яростью посмотрел на Майяри.

— Куда ты собралась красть мою маму?

Заинтригованное и немного опасливое выражение на лице той вытянулось в недоумение. До Майяри не сразу дошёл смысл слов. Она растерянно посмотрела на спящую подругу, на мальчишку и вопрошающе уставилась на Узээриша.

— Что? — не понял тот.

— А, всё-таки успел! — обрадовался Викан.

— Ты кто? — Майяри настороженно отступила от мальчика.

— Ханён, — тот, сложив руки на груди и расставив ноги, сурово на неё уставился, напрочь игнорируя собственную наготу. — Мамин сын.

Майяри растерянно посмотрела на Лирку, опять на хайнеса, до которого начало доходить.

— Ты не знаешь? — недоверчиво спросил Риш. Неуверенная улыбка появилась на его губах. — Серьёзно? Ты не знаешь, что у твоей горячо любимой подруги есть десятилетний сын?

Женщина ошарашенно округлила глаза. Даже невозмутимый Ранхаш нахмурился и растерянно моргнул. Зашевелив губами, Майяри вперила глаза в окно, словно что-то вспоминая, и начала сгибать пальцы, явно считая. Озарение исказило её лицо яростью.

— Лирка! — рявкнула Майяри, разворачиваясь к кровати. — Как ты могла? Как посмела⁈ Скрыть… Скрыть такое?.. Да ты дура!!! Жить всё это время там с ребёнком! Эдар! — тут женщина натурально оскалилась. — Этот скот точно знал и покрывал тебя! Сволочь! Пусть только мне на глаза явится! Освежую, а из шкуры шубу сделаю!

— Да что ж ты орёшь, полоумная⁈ — страдал Иррес.

Ханён, впечатлённый яростью незнакомой тётки, уже со страхом прикрывал от неё мать, и Майяри металась из стороны в сторону, не рискуя приближаться к ребёнку, будто тот был прокажённым.

— Поверить не могу! — стонала она. — Почему ты не написал сразу⁈ — напустилась она на Викана.

— И испортить такое представление?

— Боги, сплошные идиоты вокруг!

— Ты пугаешь ребёнка, — наконец вступился Риш.

— Я даже не знаю, что теперь делать! — поделилась своим возмущением Майяри.

— Не мешать спать. Эй, там за дверью! — позвал хайнес.

Внутрь заглянул перепуганный лакей, который и проводил супругов сыскарей сюда.

— Проводи господ в крыло правящей семьи, — распорядился Сильнейший. — Подготовь покои, пусть переночуют там. Самые дальние покои выбери, чтоб до утра я их запаха не чуял!