Книга Печать безумных. Пророчество, страница 157 – Екатерина Гичко

Тот даже восхищённо приподнял брови. Всё же Майяри была достойной противницей, которая не чуралась, как и он, использовать довольно беспринципные методы для достижения целей. Собственно, их обоих воспитывали, чтобы править. И если справедливость они ещё уважали, то законы не всегда.

Тонкие крылья ноздрей женщины шевельнулись, и она удивлённо вскинула брови, почуяв запах вина.

— Вы… пили?

— Налаживали общение, — фыркнул Риш.

Майяри склонилась над подругой, принюхиваясь, и едва не получила лапой по лицу от медвежонка.

— Хвыба… — страдающе протянул подселенец, привлекая внимание.

— Зачем вы его напоили? — возмутилась Майяри.

— Он сам нажрался! Я что, должен как нянечка следить за древним духом и своим бывшим старшим родственником? Вроде мужики уже немаленькие.

— Но Лирка… Что с её рукой? Чего она так похудела? Ты-то кто⁈ — женщина раздражённо уставилась на заревевшего медвежонка.

Тут Мхян наконец проснулся и, с трудом разлепив веки, уставился на склонившуюся над Лиркой Майяри. В темноте лицо той покрывала чернота, а длинные косы сонное воображение с лёгкостью приняло за змей. Парень испуганно распахнул глаза, но вместо того, чтобы скатиться с кровати, выхватил нож и замахнулся на Майяри. Ранхаш тут же оказался рядом и, одной рукой схватив Мхяна за запястье, а второй обхватив за горло, стащил барсука с постели.

— Отпусти мальчишку! — напустился на харена хайнес. — Мхян, протри глаза. Ты только что едва не прирезал лучшую подругу своей сестры.

— О боги, так это Мхян? — Майяри прикрыла рот ладонью. — Ранхаш, да отпусти ты его!

Харен выпустил парня, но нож из задеревеневших пальцев на всякий случай вывернул. Встрепанный Мхян судорожно осмотрелся и широко распахнул глаза, увидев тушу подселенца. Встряхнув головой, парень хорошенько ущипнул себя, потом ещё раз обвёл очумевшим взором всех присутствующих.

— Будешь знать, как в одной постели с сестрой спать, — подначил его Риш.

— Так она сама просила за Ханёном присмотреть! — защищался тот. — Это кто такие? — он поочередно осмотрел Майяри, Ранхаша и подселенца.

— Да вы что? — наигранно поразился Риш. — Неужели здесь есть кто-то, кто действительно не при делах?

Смышлёный Мхян сообразил, что чего-то не знает, но решил остаться с сестрой в одной лодке.

— Нет, ну эти господа мне немного знакомы, — бодро соврал он, кивая на Майяри и Ранхаша.

— Мимо, — насмешливо хмыкнул Риш.

Мхян ошарашенно посмотрел на подселенца, но тут ему не хватило сил соврать.

— Это точно не наше, Сильнейший, — убеждённо заявил он. — Такую махину я б не просмотрел. Куда его спрячешь?

— Лирка, меня сейчас стошнит, — подселенец кое-как воздвигся на лапы и замотался к кровати. — Пусти меня назад…

— Куда лезешь⁈ — Риш заступил ему путь. — Если тошнит, то пусть тошнит здесь.

А то будет потом Лирка над тазом горбиться!

Страдающий Иррес свернулся клубочком на полу. Ханён, жалея дядюшку, спрыгнул с постели и, кряхтя, попытался подлезть ему под лапу.

— Не лезь, Ханён, — вяло отбился Иррес, — тошно мне.

Лицо Мхяна вытянулось от обиды и разочарования. Заботу отряда он не оценил. Его разрывало от желания спросить про непонятного зверя, но в то же время он не хотел признаваться, что не в курсе такой пикантной тайны.

— Какого Тёмного вы притащились на ночь глядя во дворец вместо того, чтобы отдыхать с дороги? — напустился на незваных гостей Узээриш. — Госпожа Майяри, право, вы слишком деятельная особа. Сеете хаос везде, где оказываетесь. Надеюсь, Санариш стоит на прежнем месте?