Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 277 – Екатерина Гичко

— Да вы что⁈ — наигранно изумился Риш.

— И служила всегда исправно, хотя я ой-как сомневался, когда на службу её брал. Не будь она боевым магом, отказал бы, но магов нам очень не хватает.

— Мне сложно представить, как она тут службу проходила, — признался Риш. — Читал её дело, знаю о заслугах, но представить… вообразить сложно.

— Да как все служила. Ходила соглядатаем в Хоётор, мастерила амулеты, иногда и так вот, на стенах дозор несла или с хоёторцами сражалась, когда они опять к нам жаловали.

С жёсткой стороной Лирки Риш был знаком. Но он знал и её нежную, хрупкую сторону и ему было сложно представить, чтобы она участвовала в военных действиях. Или же он просто не хотел этого представлять.

— В траве кто-то есть! — закричали на стене.

— Отзовись!

Повисла тишина. Хаварий и хайнес поднялись на стену и тоже посмотрели вниз. Трава шла волнами почти у самой стены, едва заметными волнами. Можно было бы решить, её раскачивает ветер, но тот дул с другой стороны. Послышались щелчки взводимых арбалетов.

— Не отозвался.

Тетива тренькнула, и раздался короткий вскрик.

— Ранен, — Лирка спокойно опустила арбалет. — Я заберу его.

— Стой тут, — приказал хаварий. — Без тебя притащат. — И уже Ришу: — И стреляет метко.

Тот смотрел на женщину с каким-то странным выражением лица. Гед даже малость забеспокоился: никак не по-женски суровая Лирка отвратила Сильнейшего от себя, — но тот, не отрывая взгляда от магички, тихо-тихо протянул:

— Не могу понять: боги меня наказали или наградили за что-то?

Гед смущённо кашлянул и решил переменить тему:

— Вы, может, посмотреть что-то хотите? Вся застава в вашем распоряжении. Или Арванское городище осмотреть? Так берите Лирку, тут все служивые в вашем распоряжении. Только вы всё же далеко не забредайте, а то неясно, что там за сила обитает.

— Городище мы завтра осмотрим. А сегодня, — Риш понизил голос, — хотел бы я посмотреть на наших соседей.

— Нет! — Гед возмущённо на него посмотрел.

— Да, — проникновенно протянул Риш. — Какой отряд собирается на хоёторскую сторону? С ними схожу. И пташке моей, смотри, ни слова об этом, а то она у меня верный последователь дядюшки Аризея.

Мир начал обретать чёткие очертания перед глазами Ёты только на четвёртый день после посещения Арван-Ё. После страшного удара и зрение, и слух помутились. В бреду Ёте даже казалось, что его забросило в другой мир, который невозможно воспринять глазами и слухом обычного смертного. Может быть, он умер?

И всё же сильная боль заставляла его сомневаться в том, что он покинул мир живых. Да и память, которая должна была покинуть его после смерти, продолжала подбрасывать картинки прошлого, далёкого и близкого. Особенно часто Ёта видел перед собой мать и А-ару. Разъярённых и готовых драться. С ним. Видения тревожили его, заставляли метаться в попытках убежать от женщин. Но тело было тяжёлым и лишь болело сильнее.

А, может, он всё же умер? Всю ли правду знают они о смерти? Вдруг в момент перерождения память о прошлом всё ещё хранится, и душа, уже запертая в теле новорожденного, переживает последние тревоги прошедшей жизни? И Ёте порой казалось, что он действительно новорожденный, который не может толком пошевелиться, ещё не научился видеть и слышать мир, а тело его ещё помнит муки рождения.