Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 258 – Екатерина Гичко

— Лапы не смей тянуть, — Иррес щёлкнул зубами, едва не прихватив протянутую к Лирке руку.

Ничуть не расстроенный Исхедиар, казалось, даже не заметил его покушения, широко раскрытыми глазами рассматривая Лирку. Ту и так потряхивало от всего произошедшего и от мыслей, что ещё может произойти, и она переживала, что Иррес всё же бросится в драку. Даже хотела насильно запереть его внутри себя, но не была уверена, что стоит показывать постороннему духу, что именно их с Ирресом связывает и как эта связь на него влияет.

— Какое красивое дитя, — зачарованно пробормотал Исхедиар. — Вот она похожа на моего ребёнка, правда душа мне незнакома. Но душа могла раньше не рождаться среди моих детей.

О чём он? Лирка сперва посмотрела на Ирреса, но тот глядел только на врага и страшно щерил зубы, и она вопрошающе взглянула на хайнеса.

— Лапы не тяни, не твоё! — огрызнулся Иррес.

— А если моё? Вдруг это дитя кого-то из моих детей. Некоторые из них очень бестолковые, — умилённая улыбка как-то не вязалась с не самой лестной характеристикой.

— В тебя пошли!

Какие дети? Лирка непонимающе смотрела на врага Ирреса, который не выглядел как враг, да и вёл себя слишком дружелюбно. Высокий, неплохо сложенный мужчина с чёрными волнистыми волосами до плеч. Ну, может быть, только волосами они и были похожи. Вроде красивый, но при взгляде на его хищное, хоть и радостное лицо брала оторопь и внутреннее чутьё вопило, что мужчина совсем чужой, непохожий ни на кого из тех смертных, кого Лирке довелось видеть. Ещё и глаза такие, тёмно-тёмно-синие, едва ли не чёрные, но с сероватым налётом, словно внутри них был заключён мир, в котором сейчас шёл дождь из пепла.

— Ну-ка…

Дымные путы вдруг вновь появились и стремительно, буквально в одно мгновение оплели Ирреса, а мужчина шагнул ближе и, ловко подхватив левую руку Лирки, лизнул ссадину на костяшке. Иррес, уже распахнувший пасть для рыка, онемел от негодования.

— Нет, всё же не моё дитя, — почти разочарованно протянул Исхедиар и отошёл.

— Чего ты хлопаешь глазами⁈ — разъярённый Иррес уставился на Риша.

— Боги, да тише ты! — молила Лирка. Из-за его бешенного темперамента она не могла понять, что сама чувствует.

— Твою невесту облизывает другой мужик, а ты и рад делиться⁈ — продолжал орать дух. — Не нужен нам такой жених!

— Может мне ещё к тебе ревновать⁈ — огрызнулся Риш.

— Ко мне⁈ Да я ей как отец! Как брат, как дедушка… — Иррес задохнулся и умолк на секунду, а затем разразился уже более правдоподобным сравнением: — Как самый лучший друг!

— Эй, я женат! — оскорбился Исхедиар.

— Ты, лучший друг, мог бы отговорить свою дорогую подругу, чтобы она в неприятности не лезла!

— Да она от тебя сбежала! — распалялся Иррес.

— Умолкли все! — рявкнула Лирка.

Повисла напряжённая тишина. Иррес хотел было что-то сказать, но одного взгляда «лучшего друга» хватило, чтобы усмирить злость внутри. Риш раздражённо посмотрел на подселенца. Он-то предвкушал, как будет шипеть на виноватую Лирку, которая, может быть, усовестится до такой степени, что расщедрится на ласку. А злая она если только кого-нибудь соизволит сожрать!

— Сильнейший, господин Мариш, господин Исхедиар, — сдержанно, но очень холодно произнесла женщина, — думаю, вам стоит пройти с хаварием в его башню и поговорить. А ты, — она исподлобья уставилась на проглотившего язык Ирреса, — останешься со мной.