Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 257 – Екатерина Гичко

— Ты Исхедиар?

— А ты разве меня не узнал? — черноволосый удивлённо вскинул брови. — Я думал, ты узнал меня. Упомянул Ссадашилия и Истаридана… За кого ты меня принял? — в голосе мужчины появились обиженные нотки.

— За Исхедиара и принял! — вновь взбесился Иррес и замолотил хвостом из стороны в сторону. — Я тебя даже в виде самого пропащего, дохлого огонька узнаю, козлина! Чтоб ты сдох ещё тысячу раз и чувствовал боль всю свою бессмертную жизнь.

— Так я и чувствую, — расплылся в безоблачной улыбке мужчина. — Не только боль, всё чувствую.

Оторопевший Иррес отступил, утягивая за собой ослабевшие путы.

Пока он ругался с давним врагом, Лирка и Риш успели спуститься из окна башни и добежать до них.

— Хватит, Иррес, — женщина безбоязненно приблизилась к подселенцу и прижалась к его груди.

— Прошу прощения, — извинился недовольный Риш перед черноволосым, — воспитанием нашего друга никто и никогда не занимался.

— О, да, у нас были неважные Родители, — легко пронял извинения мужчина, и дымные путы потянулись к нему, а через пару секунд и вовсе исчезли. В воздухе остался висеть только запах гари.

После упоминания Родителей Иррес словно половину гнева растерял. Он продолжал смотреть на черноволосого с ненавистью, но в глазах появлялось всё больше и больше непонимания.

— Всё хорошо, опускаем оружие, — приказал Риш. Увидев, что служивые не торопятся его слушать, повернулся к хаварию. — Дядька Гед.

— Я отдавал приказ к атаке? — хаварий мрачно, из-под кустистых бровей окинул взглядом стены и служивых на ней.

Те замешкались, но всё же оставили оружие в покое. Сам хаварий тяжело подошёл к хайнесу, настороженно осматривая прибывших.

— Ты уж прости за неожиданный визит, второпях собирался, — Риш приобнял его за широкие плечи. — За одной птичкой, упорхнувшей без предупреждения, — и пронзил острым взглядом Лирку.

Иррес над её головой грозно зарычал. Он был не в том настроении, чтобы помнить, что совсем недавно он не хотел вредить хайнесу. Нет, тот опять был в статусе нежеланного ухажёра.

— А вот эта говорящая собака — её внутренний мир, — мстительно представил подселенца хайнес.

— Всё-таки подхватила какую-то дрянь в Хоёторе, — хаварий с досадой прицокнул.

— Да нет, — весело приподнял брови Риш. — Эту тварь она подхватила в Жаанидые и приехала сюда уже с ней.

— Столица ваша — хуже хоёторского Леса, — не растерялся Гед.

— Вообще беда, — не стал спорить хайнес. — Этого господина зовут Исхедиар. Благодаря ему мы смогли немного сократить путь и добраться к вам… хм-м-м… почти одновременно с моим приказом. Фальшивымприказом, да, Кая?

— Меня бесит твоя неразборчивость в методах и выборе помощников, — презрительно процедил Иррес.

— А не так давно был в восторге, — мило пропел Риш, осматриваясь. На его лице появилось беспокойство. — А где господин Мариш?

— Ты про того злого ребёнка? — наивной непосредственностью уточнил Исхедиар и обернулся.

Оборотни как по команде расступились. В тени, прислонившись спиной к стене и сложив руки на груди, стоял мрачный господин Мариш. Ещё более осунувшийся и потрёпанный, чем хайнес.

— Мариш? — хаварий напряжённо посмотрел на Риша, одним взглядом уточняя самое важное.

— Господин Мариш, — с улыбкой поправил хайнес. — Мы прибыли по очень важному делу, но не хотели бы обсуждать это здесь. Иррес, хватит! — зашипел он на утробно зарычавшего подселенца.