Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 235 – Екатерина Гичко

Но, поглотив их до пояса, почва вновь отвердела.

Ёрдел спокойно смотрел на застывших в ужасе оборотней.

Покусившийся на жизнь должен быть готов заплатить своей жизнью. Он прекрасно знал этот жестокий закон жизни.

Но сейчас ему были нужны их знания.

Его чуткого слуха коснулся далёкий хруст. От внимания не ускользнуло, как воодушевились пленённые им мужчины. Чего они ждут? О сохранности своей жизни Ёрдел не переживал. Побывав в роли мертвеца один раз, он стал почти неубиваем.

Тонкий ствол дерева сломался и рухнул вперёд, обозначая путь невидимой пока надежды оборотней. Ёрдел пустил силы по земле, нащупал тяжело топающего зверя и едва ощутимо огладил его тело. Большой. И смутно знакомый. Топот усилился, по земле пошла дрожь, а из кустов вынырнула крупная башка на длинной, покрытой шипами шее. Верхнюю часть головы закрывал шлем, из-за которого зверюга совсем не могла видеть. Ёрдел узнал её спустя пару мгновений. Всё же та единственная хриппута, которую он видел ранее, была без шипов, но её шею покрывали безобразные кляксы шрамов, похожие на те, что некогда уродовали и его тело, пока кожа не расцветала каменными пятнами.

Из кустов показалась первая пара лап, а вместе с ней и часть спины, украшенной богатым гребнем, подпиленным только в одном месте, где сидела всадница. Один из охотников что-то закричал, и женщина отрывисто свистнула. Хриппута тут же извернула шею, приближая башку к ней, и всадница стащила шлем со зверюги.

Охотники уткнулись лицами в землю, а Ёрдел всё также смотрел на диковинного зверя, похожего на его хриппуту, но не изуродованного чужой жестокостью. Зверь издал надсадный хрип-визг, морща веки от солнечного света, а затем резко распахнул их и уставился на Ёрдела дикими змеино-зелёными глазами.

На Лес опустилась плотная тишина. Столь явное беззвучие Ёрдел ощущал, только когда применял специальное заклинание, подсказанное лекарем. Чувства подсказали ему, что оглох он сам. Зрачки хриппуты дрогнули, и Ёрдел с удивлением ощутил, как дрогнуло его сердце. Так дрожало оно только рядом с Лоэзией. Кровь вскипела, погорячела… но в частично минерализованных мышцах не смогла разогнаться. Ёрдел лишь ощутил, как погорячели щёки и закружилась голова от резкого и такого нежданного прилива крови.

Женщина на спине хриппуты издала удивлённый возглас. Зверь негодующе зарычал, и Ёрдел поторопился силами почесать ему брюхо. Там, где любила даже его израненная болью хриппута. Издав изумлённый бульк, зверь закрутился на месте, ломая кусты и тонкие деревья, пытаясь заглянуть себе под брюхо. Всадница едва не свалилась и сердито засвистела. Хриппута в ответ обиженно зарычала, всё ещё не понимая, кто смеет её ласкать. Замешательство зверя позволило Ёрделу подойти ближе. Он осторожно, чтобы не напороться на ядовитые шипы, погладил длинную шею, и вскинувшаяся хриппута едва не сбила его башкой. Хаги смог вблизи рассмотреть её смертоносные зубы и, когда пасть приоткрылась, припухшие ядовитые железы. Всё, чего не было у его искалеченного питомца.

Видимо, поведение чужака обескуражило даже не очень сообразительного зверя. Хриппута и не подумала кусать его или хотя бы плюнуть. Вместо этого она осторожно втянула воздух и потянулась ноздрями к плечу мужчину. Тот позволил себя обнюхать, и хриппута вполне благосклонно заурчала.