Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 193 – Екатерина Гичко

— Боги, да что вы говорите⁈ — рассердилась и растерялась Лирка.

— Если честно, я… Не думай, что я плохо думал о тебе, но я подозревал, что Ханён его сын.

— Что? — оторопела женщина.

— Моя мать когда-то была дружна с консери Шиндый. И когда-то она имела неловкость без предупреждения приехать в гости к консери в её загородный дом. Она, — голубые глаза Орлида сощурились, — видела маленького Весхалия. Моя мать происходит из семьи очень знатных врачевателей. Пусть она сама и не обучалась науке лечения, но успела на многое насмотреться. Ребёнок консери был очень болен. И мама сомневалась, что его болезнь лечится. Так что я подозревал, что господин Весхалий мог не быть отцом Ханёна по крови. Но мне всё равно.

Лирка отступила от Орлида, не сводя с него настороженного взгляда.

— Я не знаю, что произошло в твоём прошлом, но я и не буду допытываться. Никогда. И приложу все силы, чтобы защитить тебя от злых языков. Только дай мне шанс.

— Да я тебе государственную измену нарисую!

Лирка и Орлид резко развернулись и уставились на недовольного хайнеса, который, сложив руки на груди, зло смотрел на Орлида. Тот не стушевался и гордо вскинул подбородок.

— Добрый вечер, Сильнейший, — как ни в чём не бывало поприветствовал он. — Я верен своей стране и вам. Но в любви уступать не собираюсь.

— Ты сейчас пристаёшь к моей невесте! — возмутился Узээриш.

Лирка хотел опровергнуть заявление, но Орлид её опередил:

— Я знаю, что она отказала вам. Да и согласись она… Невеста ещё не жена, — припомнил мужчина известную поговорку.

— Иррес, ты куда сморишь⁈ — Риш возмущённо уставился на Лирку.

Подселенец высунул башку из груди женщины и недовольно ответил:

— Я тебе что, как пугало должен всех ворон от неё отгонять? Так мне и ты не нравишься! Порхайте отсюда оба! Я и так стараюсь изо всех сил, чтобы и Лирку защитить, и подданых твоих тупых до сердечного приступа не довести. А то нежные все такие! — дух мотнул башкой в сторону обомлевшего и оцепеневшего Орлида. — Раньше-то оборотни были покрепче. Настоящие звери! А сейчас так, как комнатные собачки или птички в клетках. Чуть что немножко необычное, и всё, лапки кверху! Сдохли от впечатлений!

— Кто тут сдох? — возмутился Риш.

— Ой, да ты вообще испсиховался, когда узнал, — презрительно фыркнул Иррес. — Вот ты, — подселенец резко повернулся к побелевшему Орлиду и приветственно оскалился, — как себя чувствуешь? Сердечко на месте? Или в кишках? Я ещё, если не понял, настоящий мужчина! Как? Готов со мной уживаться, милый? — и кокетливо захлопал ресничками.

Орлид жалобно посмотрел на Лирку. Та устало вздохнула и почему-то извинилась:

— Простите.

— Чего ты извиняешь? — возмутился Иррес. — У нас природа такая, двойственная, — глумливо захыкал. — Не могут принять, пусть катятся на все четыре стороны. Даже на пять! Они же крылатые, и в высь могут. А если достанут, мы им организуем и подземное направление, да, Лирка?

— Спрячься ты уже! — не выдержала женщина.

— Я смогу… — Орлид сглотнул и проморгался.

— Да кто тебе позволит⁈ — разозлился Узээриш.

— Ха! Да вы оба нам не нужны! — язвительно отозвался Иррес.

Лирка зарычала. Раскатисто и с угрозой. Шани внутри полностью её поддерживала. Тупые самцы достали и её.

— Заткнулись все!

— О, моя госпожа сердится, — улыбнулся Риш, и Лирка обожгла его яростным взглядом. — Молчу, милая. Гневайся, сколько душе твоей угодно. А ты, — он холодно посмотрел на Орлида, — если…