Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 123 – Екатерина Гичко

Майяри прошлась вдоль окон и остановилась напротив углового. Из него прекрасно просматривался край соседского крошечного участка и половина дома. У окна в противоположном конце комнаты засели Редий и Аший. Обзор оттуда был хуже из-за хмеля, ковром закрывшего забор и заодно вид на крыльцо соседа.

— Подержи.

Майяри пихнула в руки Лирки горшок с каким-то остро-пахучим цветком, и та по хоёторской привычке подозрительно к нему принюхалась и присмотрелась не хищное ли, а потом с досадой сообразила, что это банальнейшая герань, и отставила на стол. Остальные горшки переместились с окна на стол по воздуху: Майяри вспомнила, что она — могущественная хаги!

Хозяйка принесла взвар из шиповника на меду и честно оставила их в покое. Лирка сама спустя пару минут проверила и никого за дверью не обнаружила.

«И что? Будем теперь как мыши под веником сидеть?»— тоскливо спросил Иррес.

«Не быть тебе соглядатаем»,— в который раз заметил господин Наэш.

«А я и не хочу им быть! Лирк, может подлезем под самое окошко?»

Лирка уже думала об этом и присматривалась к окнам. На улице смеркалось, но всё ещё было слишком светло. А хмель по забору рос только в одном месте, с остальных сторон участок просматривался прекрасно. И что-то подсказывало Лирке, что соседи госпожи Илеи тоже сознательные горожане. Ещё и охрана… Женщина досадливо цыкнула и поймала вопросительный взгляд подруги. Теперь Лирка могла понять хайнеса, которому охранители мешали. Но он-то правитель страны! Ему положено терпеть неудобства. А ей-то за что?

— Идёт, — довольно спокойно известил Аший.

Женщины поспешили к ним.

По улице весьма бодро вышагивал молодой оборотень худощавого сложения и роста чуть выше среднего. Светло-русые волосы забраны в короткий хвост, в правом ухе Лирка рассмотрела серебрящуюся каплю серьги. Черты лица тонкие, плавные, выглядел мужчина довольно привлекательно и совершенно не походил на преступника. Даже в плащ не завернулся от чужих взглядов. Хотя плащ бы только привлёк взгляды.

Оборотень свернул к калитке, и дальше его уже не было видно из-за ковра хмеля.

— Ну теперь долго сидеть, — Майяри подтянула стул к окну. — Что? — отреагировала она на растерянный взгляд подруги. — Да чего таиться? Приехали племянницы к тётушке… Кто нас особо заподозрит? Много ты видела среди сыскарей женщин?

Признав её правоту, Лирка подсела ближе, прихватив кувшин со взваром и стаканы. Прозрачный кувшин умостили на подоконник, и от закатных лучей по его содержимому поползли алые всполохи.

— У нас в сыске из женщин пока только лекарь, — Майяри насмешливо приподняла брови, а затем спохватилась: — И я! И честно признаюсь, сама не горю желанием набирать в сыскарей женщин.

Лирка понимающе кивнула.

Возмутился Иррес!

«Я так понимаю, у баб солидарности нет?»

— У баб есть трезвый взгляд на жизнь.

— Чего? — Майяри непонимающе свела брови.

— Это я Ирресу, — пояснила Лирка. — Он у нас добрый и за солидарность.

— Пусть побудет не добрым, а умным, — хмыкнула подруга. — Я бы и взяла кого, да они не подготовленные. Честно, если бы Ранхаш не затащил меня в своё время, я бы в сыск не пошла. Я же из сумеречников. Даже я, бунтарка, не всегда подумать могла, что вот эта работа для меня. Здесь, на равнине, не так жёстко, но женщины как-то и сами не рвутся. Хотя Род очень хочет, но тут только через мой труп! — Майяри решительно отхлебнула из стакана, удивлённо приподняла брови и куда мягче продолжила: — Лилея со своим темпераментом сама быстро трупом станет на такой работе. Так что нечего делать. Ещё и Мадиш с ней вляпается.