Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 24 – Екатерина Гичко

Отражение мальчика всё ещё плавало в воде, и женщине казалось, что он смотрит на неё. Сейчас, когда сердце успокоилось, Лирка даже немного порадовалась. Теперь река не выглядит такой уж странной. Как и всё в Хоёторе, она полна загадок. Это какой особый род миража?

— А, может, он там на дне лежит? — сделал неожиданное предположение замерший за спиной охранитель.

Послышалась сдавленная ругань. Иррес и хайнес, прижавшиеся друг к другу, пока Лирки не было, торопливо расплетались.

Не было похоже, чтобы мальчик вообще лежал. Казалось, он сидит на берегу, свернув ноги кренделем, и просто смотрит на воду. Правда, сейчас Лирка не могла отделаться от ощущения, что смотрит он на неё.

Мальчик шевельнул рукой — широкий рукав сполз к локтю, — вытянул вверх палец и… поманил её? Нет, конечно же, не её! Это просто мираж. Озноб продрал кожу.

Уголки губ мальчика дрогнули, и он улыбнулся. Медленно разомкнул губы, и Лирка невольно отступила, увидев заострённые зубы.

Точнее, попыталась отступить. Сапоги намертво увязли в прибрежной грязи, и женщина едва не упала.

А потом ощутила, как голенища сжимаются-сминаются невидимыми пальцами.

Рывок, и она со сдавленным криком рухнула наземь, угодив ногами в воду. Успела ухватить за ноги охранителя, а тот, склонившись, вцепился в её локти.

— Лирка! — закричал хайнес.

— Держись! — Исешка прямо в одеяле покатился по склону.

Иррес с рыком скакнул к берегу, но он ещё был в воздухе, когда Лирку опять дёрнули за ноги и она вместе с охранителем исчезла под водой. Ещё миг, и мужчину вышвырнуло на берег так, будто река его выплюнула.

А вот Лирку она оставила себе.

Лирка оглохла, ослепла и перестала дышать. Она ощутила, как её оторвало от охранителя, попыталась уцепиться за что-то другое, рвала пальцами подводные травы, взрыхляла ил, но её с неумолимой силой утягивало всё глубже и глубже. Лёгкие жгло от недостатка воздуха, и женщина изо всех сил боролась, рвалась наверх, сражалась за жизнь… Но влекущая её на дно сила и не замечала её попыток. Лирка распахнула глаза, и их защипало от воды. Видно почти ничего не было. Только тёмные нити водорослей, а наверху слабо поблёскивали цветные пятна, да суетилась россыпь чего-то тёмного.

Перед глазами проплыла голубая рыбка. Сияющий крохотный сгусток спокойно прошевелил плавниками мимо лица борющейся за жизнь женщины. Сбоку тоже появилось что-то голубое, и Лирка увидела что-то похожее на шапочку с множеством щупов. «Шапочка» напрягала, спружинивала щупы и резко разжимала их, перемещая себя в толще воды.

Тяга неожиданно исчезала, и Лирка что-то есть сил рванула наверх, но упёрлась в плотный заслон. Сколько бы она ни билась, но не могла продвинуться ни на йоту, только лёгкие горели всё мучительнее и мучительнее. Голова закружилась, нестерпимо хотелось вздохнуть, и мозг уже не понимал, что вокруг смертельная вода.

Вдруг её кто-то дёрнул сзади за шиворот, развернул, и Лирка оказалась нос к носу с улыбающимся мальчиком. Острейшие зубы разомкнулись, и он прошептал:

— Дыши, — и основанием ладони ударил её под дых, выбивая остатки воздуха.

Он бульками устремился наверх, и Лирка втянула в себя воду.

Но не захлебнулась.

Измученные лёгкие с жадностью захватили такой нужный воздух, и женщина часто-часто задышала. Способность думать вернулась чуть позже, и Лирка с ужасом поняла, что действительно втягивает воду и выдыхает её же. Она хотела что-то сказать, но горло словно перехватило, связки не слушались её.