Книга Души моей палач, страница 86 – Ульяна Соболева

Не важно.

План совершенен.

Всё будет по-моему.

Наконец-то всё будет по-моему.

За окном начинает светать. Новый день рождается в крови и золоте.

Последний день их счастья.

Скоро начнётся катастрофа.

И из её пепла я восстану.

Наконец.

После сорока лет ожидания.

Император Лэн Сыкун.

Звучит правильно.

Эпиграф:

蛇在暗处观察，毒在黑暗中酝酿；最致命的一击来自最亲近的人

Shé zài àn chù guān chá, dú zài hēi àn zhōng yùn niàng; zuì zhì mìng de yī jī lái zì zuì qīn jìn de rén

"Змея наблюдает из тени, яд зреет во тьме; самый смертельный удар наносит самый близкий"

Предательство в китайской истории:В китайской истории бесчисленные примеры братоубийственных войн за трон. Самый известный — восстание принца Ли Шиминя (будущего императора Тайцзуна) против братьев в династии Тан. Он убил двух братьев у ворот Сюаньу, захватил власть. История оправдала его, потому что правил хорошо. Но этика конфуцианства всегда осуждала "犯上作乱" (fàn shàng zuò luàn) — "восстание против высшего". Существует концепция "骨肉相残" (gǔ ròu xiāng cán) — "плоть и кровь пожирают друг друга", описывающая трагедию семейных конфликтов из-за власти. Классический текст "资治通鉴" (Всеобщее зерцало для помощи правлению) полон примеров, как близость к власти развращает. Даосы предупреждали: "祸福无门，惟人自召" — "Беда и удача не имеют врат, человек сам их призывает". Лэн Сыкун воплощает эту истину — его несчастье началось с собственного выбора лелеять обиду вместо принятия.

离别如刀，割断心肠；距离如毒，腐蚀灵魂；唯有爱能跨越万里

"Разлука как нож, режущий сердце; расстояние как яд, разъедающий душу; только любовь может преодолеть тысячи ли"

Тронный зал, рассвет пятого дня после признания

Лэн Цзюе

Война приходит без предупреждения.

Точнее, предупреждение было, но я не хотел верить. Донесения разведчиков о движении армии демонов с северных гор. Сообщения о сожжённых деревнях на границе. Просьбы о помощи от приграничных гарнизонов.

Игнорировал. Надеялся, что решат без меня.

Потому что уход означает оставить её.

А оставить её... это вернуться в темноту.

Но сегодня утром пришёл ультиматум. Не от демонов — от отца.

Стою в тронном зале, окружённый военачальниками и придворными. Император сидит на троне — маленький, сгорбленный, умирающий. Но глаза всё ещё горят властью.

— Армия демонов пересекла границу, — говорит он, голос слаб, но твёрд. — Три провинции уже под угрозой. Если не остановить, дойдут до столицы через месяц.

— Пошлите генерала Чэня, — предлагаю. — Он способный командующий...

— Нет. — Отец поднимает руку, обрывая. — Ты пойдёшь.

Сердце падает.

— Отец, я нужен здесь. Государственные дела...

— Государственное дело — защита границ! — Кашель, кровь на губах. Слуга вытирает. — Ты наследник. Твоё место — впереди армии.

— Но...

— Это приказ! — Рёв, который стоит ему сил. Тело сотрясается. — Выступаешь через три дня. Возьмёшь двадцать тысяч человек. Вернёшься только после победы.

Три дня.

Всего три дня до разлуки.

Смотрю на дядю, стоящего справа от трона. На лице беспокойство, но в глазах... что-то ещё. Удовлетворение?

Он настроил отца.

Конечно настроил.

Убирает меня с дороги.

— Ваше величество, — вмешивается дядя, голос медовый, — может, стоит подождать? Принц недавно ранен, не полностью восстановился...

— Достаточно восстановился, чтобы проводить ночи с женой, — парирует отец сухо. — Значит, достаточно, чтобы вести войну.