Книга Души моей палач, страница 83 – Ульяна Соболева

Нити заговора, сплетённые терпеливо, методично.

Паутина, в которой скоро запутается племянник.

Бросаю последнее письмо в огонь. Бумага вспыхивает, чернеют, превращаются в пепел. Как должна сгореть эта проклятая династия, предавшая меня.

Сорок лет назад трон должен был стать моим.

Вспоминаю тот день с кристальной ясностью. Отец на смертном одре. Я — старший сын, сильный, способный, готовый править. Брат — младший, слабый, мягкотелый.

Но отец выбрал его.

"Ты слишком жесток, Сыкун," сказал умирающий император. "Люди должны любить правителя, а не только бояться."

Глупец.

Старый глупец, не понимающий, что страх — единственная надёжная основа власти.

Брат получил трон. Я — титул принца и пустые обещания. "Будешь советником," говорил он. "Моей правой рукой."

Правая рука.

Которую отрубают, когда становится слишком сильной.

Сорок лет я ждал. Наблюдал, как брат правит — мягко, снисходительно, позволяя народу слишком много свобод. Наблюдал, как умирает от собственной мягкости. Болезнь пожирает его изнутри — справедливая кара небес за узурпацию.

Скоро он умрёт.

И трон перейдёт к наследнику.

К Цзюе.

До месяца назад это было приемлемо. Племянник был идеальным правителем — жестоким, бесчувственным, сильным. Продолжением моей философии, если не моей крови на троне.

Я мог контролировать его. Направлять.

Фактически править через него.

Но потом появилась она.

Человечка. Жалкая невеста из провинции.

И всё разрушила.

Встаю, подхожу к окну. Дворец спит под луной. Где-то там, в восточном крыле, племянник лежит с этой женщиной. Чувствует её. Любит её.

Слабеет из-за неё.

Стук в дверь прерывает размышления.

— Войти, — говорю, не оборачиваясь.

Дверь открывается. Шаги — тяжёлые, военные. Генерал Ли. Отец девки, что околдовала племянника.

— Ваше высочество, — голос грубый, солдатский. — Вы вызывали.

— Закрой дверь. Убедись, что никто не подслушивает.

Он выполняет, возвращается, становится по стойке смирно.

Хорошая собака. Обучена подчиняться.

— Генерал Ли, — начинаю, поворачиваясь к нему. — Как поживает дочь?

Морщится.

— Хорошо, ваше высочество. Слишком хорошо.

— Это тебя беспокоит?

— Беспокоит, что забыла своё место. — Голос темнеет. — Думала, выйдя замуж за принца, станет выше родного отца. Отказалась принять меня на днях. Сказала, что занята государственными делами.

Гордость. Раненная отцовская гордость.

Полезное оружие.

— Она изменилась, — говорю мягко, сочувственно. — Власть развращает. Особенно тех, кто не привык к ней.

— Я дал ей жизнь! Вырастил! Обеспечил брак с принцем! — Руки сжимаются в кулаки. — А она...

— Предала тебя, — заканчиваю за него. — Как дети часто предают родителей, достигнув высот.

— Да! — Выдыхает яростно. — Именно!

Подхожу ближе, кладу руку на плечо. Отеческий жест, успокаивающий.

— Понимаю твою боль, генерал. Сам страдаю от подобного предательства.

— Ваше высочество?

— Племянник. Воспитывал его, направлял, делал из мальчика мужчину. А он... променял всё на любовь к этой женщине.

— Она околдовала его, — говорит генерал с убеждением. — Использовала магию. Это единственное объяснение.

Глупец верит в магию.

Но пусть верит. Полезная иллюзия.

— Возможно, — соглашаюсь. — Испытание огнём ничего не доказало. Есть тёмные искусства, которые могут обмануть даже священный огонь.