Книга Ягиня и Кощей. На страже тридевятого царства, страница 38 – Ирина Романова

Этот вечер был обычным, хлопотным. Дом, огород, десяток курочек в сарае, построенном плотниками, коза с козленком для свежего молока… Все казалось таким привычным…

Венцеслав решил выйти на берег и сел на бревно. Он кутался в теплый бушлат, но выглядел так же плохо, словно силы окончательно покинули его.

— Что там с твоим зельем? Ничего не выходит, да? – Он даже не взглянул на меня. Его голос был полон яда, а слова – боли.

— Яблока нет нужного! Я не вижу его! – попыталась оправдаться, дрожа от обиды.

— Давай я посмотрю? – Царевич резко встал, качнулся, чуть ли не упав, и скинул бушлат. Он двигался резко, почти агрессивно.

Я молча кивнула, хотя терпение было на исходе. От его попыток задеть меня стало больно и обидно. Почему боги дали мне именно его в суженые? Неужели других кандидатов не нашлось?

Весь вечер в воздухе витало напряжение и меня одолевали горькие мысли.

— Обычные яблоки, нет в них магии… Обманула тебя бабка Яга! – хмыкнул Кощей, лениво расхаживая вокруг четырех яблонь. Его голос был пропитан сарказмом, а во взгляде читалось презрение и раздражение.

Но яблони не поддавались его настроению. Они подросли, возвышаясь над землей, как настоящие великаны, раскинули ветви, а их стволы стали крепкими и мощными. В воздухе витал сладкий аромат цветов, а кроны яблонь были усыпаны наливными плодами всех оттенков – от нежно-розового до глубокого рубинового.

— Вот это отличается от других… – Венцеслав вдруг замер, словно завороженный.

Глаза царевича расширились от удивления, дыхание участилось, а рука дрогнула, когда он протянул ее к одному из яблок. Плод вспыхнул золотистым светом, засиял ярче солнца, а затем, словно по волшебству, упал с ветки прямо в раскрытую ладонь Венцеслава!

— Ох! – воскликнула я, не веря глазам. – Значит, к дереву должен подойти тот, кому предназначено это яблоко! Прасковья! – крикнула, обернувшись к зайчихе, которая успела спрятаться в тени деревьев. – Топи баню, а я побежала варить зелье!

— Стой… – Царевич схватил меня за руку, его пальцы были холодными и твердыми. Он вложил яблоко в мою ладонь и посмотрел на меня с таким глубоким сожалением, что у меня сжалось сердце. – Получится? Чую, смерть близко… Моя, а не Кощеева. Он-то будет жить вечно!

— Мы сможем, слышишь? – прошипела я, забирая яблоко. Оно оказалось невыносимо тяжелым. – Даже не думай об этом!

Сказать-то я сказала, а сама засомневалась, будто кто-то невидимый прошептал на ухо: «Ты что-то упускаешь, что-то очень важное». В душе вновь поселилось смутное чувство тревоги, и я вспомнила про яйцо, которое тогда украла. Именно оно могло изменить все.

Пока варилось зелье, я старалась не отвлекаться на посторонние мысли, но внутри все дрожало. Мне нужно было чувствовать каждую травинку, каждый корешок, каждую дольку яблока. Я вливала в них свою силу, веря в чудо, но в глубине души понимала, что этого может оказаться недостаточно.

Отвар был процежен и перелит в маленький кувшинчик. Я взяла его дрожащими руками. Это было самое важное и непростое зелье из тех, что я когда-либо создавала. Его предстояло добавить в воду, которая должна была коснуться тела царевича.

Я отнесла кувшинчик в баню, подкинула дров в печь, принесла еще воды и замочила веник. Все это я делала механически, словно в трансе.