Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 14 – Ангелина Сантос

Кайран увидел.

Мгновенно.

Его лицо изменилось так быстро, что меня будто окатило холодной водой. Он протянул руку, не спрашивая, не приказывая уже — просто инстинктивно.

Я отшатнулась.

— Не трогай меня.

Он замер.

На долю секунды.

Потом очень медленно опустил ладонь.

— Она опять загорелась?

Я смотрела на него и не знала, чего во мне больше — страха, злости или тупого, упрямого желания, чтобы он хоть раз сказал правду без половины фразы и без своей проклятой ледяной осторожности.

— А если да? — спросила я. — Что это меняет?

— Всё.

Слово прозвучало слишком быстро.

Он сам это понял.

Я тоже.

— Тогда объясни.

Кайран отвернулся.

Всего на миг. К окну, к солнцу за стеклом, к двору внизу — куда угодно, лишь бы не на меня. Этот жест оказался куда откровеннее любых признаний. Он не мог солгать сразу, глядя мне в лицо. Но и правду сказать пока тоже не мог.

— Я сначала должен разобраться сам, — произнёс он наконец.

Я усмехнулась.

Не зло. Устало.

— В этом доме все что-то сначала должны разобраться сами. А мне, как я понимаю, предлагается просто подождать, пока вы решите, кем я была все эти годы.

Он резко повернул голову.

— Я не говорил, что…

— Не надо, — перебила я. — Не сейчас. Я слишком хорошо помню твой голос в тронном зале, чтобы поверить в случайные оговорки здесь.

Молчание затянулось.

Снаружи кто-то проехал по двору верхом, послышался звон копыт по камню. Где-то далеко хлопнула дверь. В этой комнате время будто сгустилось до тесного, неудобного объёма, где нельзя было ни дышать свободно, ни уйти без последней фразы.

Наконец Кайран сказал:

— Ты сегодня больше не выходишь из своих покоев одна.

Я посмотрела на него так, будто он заговорил на незнакомом языке.

— Снова?

— Это не просьба.

— И не забота, я помню. Осторожность.

Он ничего не ответил.

— Тогда послушай мою осторожность, — сказала я. — Я не собираюсь сидеть здесь, пока по дворцу разносится слух, что мне уже подобрали замену на моих подушках. Если мне понадобится воздух, я выйду. Если мне понадобится храм, я пойду в храм. Если мне понадобится тишина, я найду её не там, где ты мне позволишь, а там, где смогу дышать.

— Не провоцируй меня.

— А ты не запирай меня.

Он сделал вдох. Медленный. Контролируемый.

Я слишком хорошо знала этот вдох.

Кайран сдерживал не только злость. Что-то ещё. В нём будто жило напряжение, которое не укладывалось в обычную раздражённость. Я видела, как оно проступает мелкими признаками: в слишком неподвижных плечах, в резком повороте головы, в том, как его пальцы на миг сжались в кулак и сразу разжались.

Будто он боролся с чем-то внутри собственного тела.

Он повернулся к двери.

— Я пришлю стражу к твоему коридору.

— И этим только ускоришь слухи.

— Пусть.

— Тебе всё равно, что обо мне будут говорить?

Он остановился.

Я почти пожалела, что спросила. Почти.

Не обернувшись, он сказал:

— Мне не всё равно, что с тобой случится.

Это прозвучало глухо. Не как признание. Не как нежность. Скорее как правда, которую у него вырвали раньше времени и не в той форме.

Потом он ушёл.

На этот раз действительно ушёл, не дожидаясь ответа.

Я стояла посреди комнаты и смотрела на закрытую дверь.

Мира подошла ближе только через несколько секунд.

— Госпожа…

— Не надо.

— Но вы…

— Я знаю, как я выгляжу.

Она замолчала.