Книга Развод. Любить нельзя вернуться, страница 29 – Ирина Романовская

Я честно пыталась следовать четким рекомендациям от неонатолога из роддома и участкового педиатра. Питалась в буквальном смысле одной гречкой и несладким чаем, потому что врачи напугали тем, что редкие прыщики на дочкиных щечках, которые, к слову, Соню вообще никак не беспокоили, — страшнейшая пищевая аллергия.

Помню, как боялась даже смотреть на хлеб, сыр или орехи, как сбегала с людной улицы, если нос улавливал запах вредного хот-дога или кофе.

А еще помню, как содрогалась всем телом, когда специальное приложение в телефоне сигналило, что прошли очередные три часа и надо опять кормить дочь.

До сих пор не понимаю, зачем я будила свою девочку, для чего прерывала ее сладкие сновидения, чтобы через её крик и свои слезы пихать в маленький ротик налитую молоком грудь. Разве нельзя подождать естественного пробуждения?

Если бы не няня, которую я осмелилась нанять себе в помощь, то точно бы загнала сама себя в больницу. Только благодаря этой женщине и её опыту я осознала, что иногда врачебные рекомендации могут быть не совсем во благо.

— Будешь себя хорошо вести, то покатаемся еще и на Колесе Обозрения.

— Ура-а-а! — Соня бросается ко мне на шею и крепко обнимает.

— Ты помнишь, что Марьян не твой папа? Он мой друг.

Коротко кивнув, Соня устремляет взгляд за мою спину. С ее лица моментально сползает счастливая улыбка. Дочь размыкает объятия и, бросив мне короткое «пока», бежит в игровую зону.

Оборачиваюсь и вижу, как дочь деловито отпихивает от другой девочки из группы своего нынешнего ухажера Мишу, который на прошлой неделе срывал для Сони с детсадовских клумб ромашки.

Соне повезло, что девочка Маша из робкого десятка, и потому её ревнивая выходка остается без последствий. Когда я была примерно в том же возрасте, что и дочь, подобная выходка для привлечения внимания мальчика, который мне жутко нравился, лишили меня любимого банта. А за порванное платье мама поставила на несколько часов меня в угол в качестве наказания.

Удостоверившись, что Маша просто ушла к другому мальчику, помогать со сборкой конструктора, а Миша с влюбленными глазами вновь обхаживает Соню, я прощаюсь с воспитателями до вечера и выхожу из детского сада.

Вернувшись в квартиру, я бегу к шкафу за новым нарядом. Сарафан или шорты? Платье или брюки? Так и не определившись с одеждой к свиданию, иду в душ.

Как только намыливаю голову, звенит мобильный телефон. По хиту Квин в исполнении Бейонсе, с легкостью определяю, что текущий звонок от моего рекламного менеджера. Значит вылетать из душа с пеной на голове нет никакой нужды.

Спокойно домываю голову, вымываю тело. Завернувшись в халат, возвращаюсь к шкафу. Перезваниваю Альбине.

— Опять новое интервью за большие деньги? — усмехнувшись, стаскиваю с вешалки белый сарафан.

Альбина тяжко вздыхает, видимо вспомнив про мой категорический отказ от подобных работ в будущем.

— Почти. Реклама для серьезной конторы. Прайс удвоенный.

— Продолжай. Пока звучит интригующе.

— Да уже нечего рассказывать, собственно. Я только что отказала им, Каролина.

— Опять казино и букмекерские конторы?

— Если бы. По тем я бы даже не тревожила. Это «Мелофон». Пытаются спасти умирающую репутацию своей мобильной сети, после громкого скандала с арестом их владельца. Готовятся полностью сменить имя, логотип, рекламных персонажей и прочее. Вряд ли им это поможет, но пусть дергаются. Корпоративные клиенты очень не любят, когда выявляют такие «прорехи» в безопасности связи.