Книга Развод. Любить нельзя вернуться, страница 158 – Ирина Романовская

С одной стороны, я понимаю зацикленность мужа на работе. Прошлогодний скандал с арестом главы «Мелофона» и обвинениями в сливе абонентских данных, никак не позабудутся ни отечественной прессой, ни конкурентами. Сложно расслабиться, когда от твоих решений зависит будущее тысячи работников, которые каждый день трудятсяпод твоим началом.

С другой — мне обидно и досадно, что каждый опять сам по себе. Мы вчера договаривались, что сегодня проводим совместный день лентяя: смотрим фильм, едим гадости, лежим в обнимку. У нас так редко совпадают выходные дни, что раз в месяц можно и отставить проблемы мира на другой день.

— Наз? — зову тихо.

Никакой реакции. Даже ухом не ведет, полностью погрязнув в рабочей аналитике. Может отобрать у Назара ноутбук и спрятать его на самой дальней полке шкафа?

Гоню шальную мысль прочь, все равно это не поможет.

Возвращаясь к просмотру триллера, который вчера мне так нахваливала визажистка. Не понимаю восторга девушки. Как по мне, фильм довольно посредственный. Еще и героиня — сплошная растяпа. В её дом проник злоумышленник, а она вместо того, чтобы спрятаться и вызвать полицию, марширует навстречу опасности.

— Ну куда ты несешься? Ты же прямо в лапы убийцы шагаешь, дурында! Наз, у нее что инстинкта самосохранения нет?

Назар все еще не реагирует на мои вопросы. Поджимаю раздраженно губы и толкаю его локтем в бок.

— Ау? Хотя бы для приличия иногда глаза к плазме поднимал.

— Угу, — не отрывая головы от экрана ноутбука, мычит Горский.

— Что «угу», Назар? Мы вместе сели фильм смотреть, а ты втупился в свою работу. От нее, знаешь ли, даже кони дохнут.

— Прости, Веснушка. Еще две страницы и я весь твой.

Горский тянет руку к тарелке с попкорном.

— Не трожь! — Рассерженно выкрикиваю я и шлепаю мужа по пальцам. Прячу тарелку с вредной едой на противоположную сторону дивана. — Кто не смотрит фильм, тот не ест. Таковы правила моего кинозала.

Героиня киноленты медленно спускается по скрипучей лестнице в темный подвал. Выключатель в цокольном помещении её дома, естественно, не работает. Музыкальное сопровождение сцены накаляет атмосферу. Волоски на теле встают дыбом. Адреналин крадется по венам, разгоняется пульс. Беру еще несколько зерен попкорна, но до рта их так и не доношу. Замираю в ожидании экранной вспышки.

Неожиданное прикосновение холодных пальцев к оголенному участку спины срабатывает как спусковой механизм. Подскакиваю на месте. Визжу во все горло вместе с героиней фильма. Опрокидываю миску с попкорном на пол.

— Испугалась? — с дьявольской ухмылкой интересуется повеселевший Назар.

Я так сосредоточилась на фильме, что даже не заметила, когда он закончил работать.

Пульсация сердца отбивается в ушных раковинах. Дыхание рваное. Кровь несется по сосудам словно гоночный болид по трассе. Жарко и душно становится в комнате. Лоб покрывается липкой испариной.

Бью Горского кулаками в грудь, пытаясь отодвинуться.

— Совсем ополоумел! Меня чуть сердечный приступ не схватил.

Пыхчу как самый настоящий, загнанный ёжик. Несмотря на брыкания, Назару без труда удается усадить меня к себе на колени.

— Ты такая забавная, когда визжишь от страха.

Назар гладит мою шею, большим пальцем очерчивает линию подбородка. Опускает взгляд на мои пухлые губы. Вижу как дергается его адамово яблоко. Он пытается губами дотянуться до моего рта, но я успеваю отвернуться. Скользит вдоль щеки. Разочарованный мужской стон оглушает мое ухо.