Книга Свадьбу делать будем?, страница 72 – Елена Усачева, Юлия Климова, Алиса Лунина, и др.

Дедушка Савелий все никак не мог оторваться, завороженный зрелищем, которое будто и развернулось на берегу для него одного. Поначалу он пытался защититься шутливым ворчанием, но потом все же запнулся, угодил, утонул. И почти уже начинал испытывать особенную свадебную надежду, дурманящую чистоту начала, нетерпение и предчувствие новой главы, новой жизни. Белые парчовые лепестки платья, развевающиеся на ветру, заражали и его ожиданием и ничем не оправданным обещанием будущего.

Невеста неторопливо меняла фигуры танца-фотографирования. Жених послушно перемещался, дополняя кадр убежденной точностью спины и плеч. Дедушка Савелий, увлеченный зрелищем, окончательно сдался, дал слабину и все же вспомнил тот вечер, когда они спешили на выставку фотографий. Астра в коротких шерстяных шортиках и шелковистых кашемировых колготках от восторга кошкой прыгнула на софу прямо в ботинках с огромными деревянными каблуками. И несколько минут, напевая и хохоча, прыгала на скрипящей софе в каблуках и шортиках, на фоне распахнутого окна, где рассыпался, раскатывался нарастающий щебет и майское ликование пичуг. И все было у них еще впереди, все в самом начале. И золото листвы норовило заполнить собой эту маленькую комнатку и всю их последующую жизнь, без остатка. Дедушка Савелий утер ладонью глаза. Море как будто слегка потемнело. Невеста по-прежнему невесомо и упоительно меняла фигуры танца. И тогда он вновь почувствовал эту знакомую щекотку, а потом стягивающую, ноющую боль в левой лопатке. Как всегда, поморщился. Потом поспешно приладил на голову кепарик. И через несколько минут уже шамкал шажками по берегу, враз на память оглядывая молодоженов и чуть заметно качая головой самому себе. Судя по твоему легкомыслию, милая, добродушно шевелил он сухими губами, кое-как взбираясь по деревянной лесенке, в клинике тебе тоже не сказали главное. Ведь не все говорят нам эти врачи. И об этой операции тоже скрывают кое-что важное, милая. И не потому, что считают это незначительным, а совсем по другой причине. Ты сама подумай: свадьба, медовый месяц, нежность, объятия, первые годы вдвоем – все это не проходит бесследно. Организм человека такая необъяснимая вещь. И все имеет свои последствия. Что-то меняется в крови от этой нежности, от этой свадьбы, от этого меда. Наверное, как теперь пишут в газетах, снижается иммунитет, возникает привязанность, а потом привыкание. Организм поддается, слабеет, и в итоге всегда приживается только один имплантат. А на месте второго со временем останется только шрам. Шрам Мендельсона. И никакой обратимости не будет, и никакого выхода на самом деле не существует. Если только это настоящая свадьба, а не какая-нибудь там фальшивка по расчету или от скуки. И ты тоже, милая, никуда не улетишь из этой судьбы. И я никуда не убегу, даже убежав к морю. Потому что всегда приживаются только два аварийных крыла – на двоих…

Мама у меня была женщиной веселой и назвала меня Игнатия.

…И Вадик, растянув свой рот в лучезарной улыбке, спросил меня: «Выйдешь за меня замуж, Ига?» Я кивнула. Так мы начали готовиться к свадьбе.

На свадебный стол в ресторане «Счастливые озерки» забралась крыса. Не то чтобы ей не хватило еды на кухне, но стало скучно, и она, унюхав суету в банкетном зале, поняла – будет свадьба. Залезла на стол, покрутилась и улеглась поспать.