Онлайн книга «Сестра милосердия»
|
Может быть, сказаться больной? Но как же Эрик? Он ждет ее, всегда так радуется, когда ее видит… За эту улыбку ничего не жаль… И она соскучилась по своему малышу, не видела его больше суток. Если она не придет, то Эрик пропустит утреннюю прогулку, няня будет ждать, когда из школы придет Ванечка. Странно, она мечтает поскорее обнять Эрика, а ноги не несут, будто какой-то бес отворачивает ее. Шварцвальд был дома и сразу пригласил ее к себе в кабинет. — Слушаю вас, Николай Васильевич, — Элеонора села на краешек стула, сложив руки, как институтка. — Спасибо за ваши милые подарки, дорогая Элеонора, — барон скупо улыбнулся, — ваша туфелька заняла почетное место в изголовье моей кровати, и дети тоже были очень тронуты. Хоть они и не признают Рождество… — Я очень рада. — А вообще у меня к вам весьма тяжелый разговор. Я вижу, что вы всей душой привязались к моему маленькому сыну. Боже, Элеонора, вы просто спасли нас всех, и Эрика, и меня, и даже Соню с Ванечкой. Я заметил, что, общаясь с вами, они стали гораздо человечнее. — Боюсь, дело не во мне. Просто появился Эрик, а малыши всегда пробуждают в людях самые лучшие чувства… Барон натянуто улыбнулся: — Пусть так. Но вы поистине оказались для нас подарком небес. — Это не так, но не стану спорить. Лучше сразу спрошу: куда вы клоните, барон? — Дорогая моя, все это ужасно неправильно. Вы молодая девушка, у вас вся жизнь впереди, и вы не должны тратить ее на моего ребенка. — О господи, Николай Васильевич! На что же мне еще тратить жизнь? Эрик для меня все, я полюбила его, как собственного… — В этом и беда! — Шварцвальд встал, по широкой дуге подошел к ней и нерешительно положил руки ей на плечи. Тут же отдернул, словно обжегся. — Он все же не ваш сын, и не стоит забывать об этом. О, простите, это сейчас прозвучало очень грубо, но я предупреждал, что разговор будет тяжелым. Вам нужно жить своей жизнью, а не становиться подпоркой для чужой. Элеонора вздохнула, сцепила руки в замок. В глубине души она ждала этого разговора и готовилась к нему: — Я понимаю, что моя помощь выглядит со стороны несколько… нелепо, что ли. Но я ведь не вмешиваюсь в вашу жизнь, занимаюсь только Эриком. — О да, вы удивительно тактичны. Она нетерпеливо отмахнулась от комплимента: — Я нужна вашему сыну, а он нужен мне, вот и все. Прошу вас, не разрушайте наш взаимовыгодный союз, — Элеонора улыбнулась. — Ваша помощь неоценима, это верно. Анастасия Васильевна не справилась бы одна. Но все равно, я не должен был допускать… Я был совершенно раздавлен, убит уходом Сашеньки и едва ли понимал, на каком свете сам нахожусь. Это не оправдывает меня, но хоть отчасти объясняет, почему я так запустил свои домашние дела. Элеонора молчала. Барон снова приобнял ее и снова сразу убрал руки: — Думаете, я не вижу, как это все выглядит со стороны? Воспользовался вашей помощью в самый трудный момент, а как стало полегче, вышвырнул из дома. Но лучше уж я буду выглядеть подлецом, чем позволю вам бросить свою жизнь под ноги нашей семье. — Николай Васильевич, вы утрируете. Я не собираюсь замуж, у меня нет жениха и даже просто поклонника, а служба нисколько не страдает от того, что я занимаюсь Эриком. Наоборот, это самое лучшее время, что я провожу с ним. Я просто оживаю… |