Книга Дорога, которой нет, страница 56 – Мария Воронова

— Бублики еще есть, – сказал он, весело глядя на нее.

Кире вдруг показалось, что веселость эта напускная.

— Мы с тобой как Джулия с Уинстоном, – вдруг вырвалось у нее.

Тимур нахмурился:

— Кто?

— Так, из книжки одной, – туманно ответила Кира, радуясь, что роман «1984» запрещен в СССР, – долго рассказывать.

— Ну ладно тогда.

— Тимур, а ты правда веришь, что я не вывозила твои рассказы?

Он покачал головой:

— Сначала верил, а потом неопровержимо доказал методом дедукции. Гортензия Андреевна тебе разве не говорила?

— Говорила. Иначе я бы не посмела сюда сунуться.

— Да? Почему?

Казалось, он искренне удивился.

— Ну, знаешь, получить пощечину или плевок в лицо вообще мало кому хочется.

— Кир, я не такой, – Тимур бросил в кружки по чайному пакетику и налил кипятку. В кухне сразу запахло поездом дальнего следования.

— Холодное презрение еще и хуже, – буркнула Кира, обхватив кружку обеими ладонями и с удовольствием чувствуя тепло.

Тимур отмахнулся:

— Я даже когда не верил, знал, что ты хотела мне добра.

— Правда?

— Конечно.

— Спасибо тебе, Тимур.

— Общаешься с кем-то из наших?

Кира рассказала, как столкнулась с Кунгуровым на вызове. Узнав, что она работает водителем именно на скорой, Тимур обрадовался, а когда услышал про запой, загрустил.

— Да, нехорошо, – протянул он, – получается, нас обвиняли во всех грехах не так уж голословно.

— Ну, знаешь, всегда этим кончается, когда ты придаешь чему-нибудь больше значения, чем оно имеет на самом деле, – усмехнулась Кира, – всегда одни сходят с ума на почве искусства, а другие наживаются. Что Серебряный век, что Возрождение, в любую эпоху пальцем ткни, не промахнешься.

— Все равно обидно.

Кира хотела спросить, пишет ли Тимур сейчас что-нибудь, но прикусила язык. Слишком личный это, наверное, вопрос.

Пауза затягивалась. Вспоминать прошлое было слишком больно, да и не нужно, а светски болтать о всяких пустяках тоже не хотелось.

— Спасибо за чай, Тимур. Я, наверное, поеду.

— Только ж пришла.

— Поеду. У меня еще в городе дела.

Кира встала, отчаянно надеясь, что он ее удержит. Схватит в объятия, поцелует так же трепетно, как в тот раз…

— Что ж, жаль, – вздохнул Тимур, – завернуть тебе пару бутеров в дорогу?

Она засмеялась.

— Доберусь как-нибудь, не переживай.

Тимур подал ей пальто, и Кира вздрогнула от легкого прикосновения его рук к своим плечам, а он, кажется, ничего не заметил.

Возле машины она остановилась. Тимур не просил ее оставить телефон, не звал снова в гости, так что, очень может быть, это будет их последняя встреча. Можно чуть-чуть ее продлить, подарить себе несколько лишних секунд воспоминаний… Кира взяла Тимура за руку.

— Тимур, как ты перенес?.. – начала говорить и замялась.

— Да нормально. Как все переносят, так и я, а во многом даже лучше. Я же медик, или, выражаясь научными терминами, лепила, так что делал все то же самое, что и на воле, просто жил очень близко от работы. Если ты какие-то ужасы слышала про зону, то меня сия чаша, слава богу, миновала. Время провел, можно считать, благостно и не без пользы. А ты как?

— А что я? Я не сидела.

Он покачал головой:

— Все равно, наверное, пришлось хлебнуть.

— Пришлось, но в итоге я рада, что так вышло, – Кира открыла дверцу машины, – настоящая свобода, она, знаешь, только так и приходит. Через хлебание.