Книга Дорога, которой нет, страница 106 – Мария Воронова

Кира моргнула:

— Одно из двух, или я сошла с ума, или беременна, – сказала она громко и засмеялась.

* * *

Наталья Борисовна все не появлялась, ухоженный участок, краса и гордость соседки, стремительно дичал, зарастал. Ирина продолжала открывать парник, по дороге засматриваясь на поспевшие клубничины, сверкающие в траве красными бочками. Помидоры, едва завязавшиеся к отъезду Натальи Борисовны, выросли, налились, пригнули к земле остро пахнущие летом курчавые ветки. Кое-какие уже побурели, значит, пора было их снимать и отправлять дозревать в сухое темное место. Официально соседка разрешила собирать ее урожай, будто предчувствовала что-то, но Ирина медлила, не могла заставить себя сорвать хоть одну ягодку. Ей казалось, что этим она как бы подтвердит, что с Натальей Борисовной случилась беда.

Известия между тем приходили не слишком обнадеживающие. В городской квартире никто не отзывался на звонки в дверь и по телефону, аккуратно опрошенные соседи сказали, что давно не видели ни Наталью Борисовну, ни «самого», ни «мальчика».

В редакции подтвердили, что бессменная муза Никитина уехала в отпуск, бросив своего патрона первый раз за тридцать лет и первый раз в жизни не сдав работу в срок. Что в принципе дело житейское, но только не для Натальи Борисовны, которой, привыкнув к ее пунктуальности, начальство не оставляло «люфт на раздолбайство». В результате редакция оказалась не готова к такому подвоху, и пришлось в пожарном порядке править авторский текст, который уже с нетерпением ждали в типографии.

Это было весьма необычно для опытной и ответственной сотрудницы, которая за тридцать лет работы ни разу никого не подвела. Наталья Борисовна не являлась поборницей трудовой дисциплины в том смысле, чтобы не опаздывать и честно отсиживать часы на рабочем месте. Наоборот, отношение к рабочему времени у нее было более чем вольное, библиотечные дни легко превращались в библиотечные недели, а то и месяцы в дачный период. При этом работа всегда была сделана и вовремя сдана, и касалось это не только Никитина, но и других авторов, с которыми работала Наталья Борисовна. Конечно, они не могли соперничать с мэтром за ее внимание, но те, с кем аккуратно поговорил Сева, были очень довольны своим редактором, хвалили ее бережное отношение к авторскому тексту и неукоснительное соблюдение сроков.

Все до единого сходились в том, что, если бы какие-то обстоятельства помешали Наталье Борисовне закончить текст вовремя, она обязательно нашла бы способ предупредить руководство.

На работе у Валерия Алексеевича Севу тоже ждал сюрприз. Оказывается, тихий муж Натальи Борисовны не пошел в отпуск, а уволился по собственному желанию. В коллективе огорчились, что теряют опытного и бесконфликтного сотрудника, но уговаривать не стали, ибо Валерий Алексеевич достиг пенсионного возраста и имел полное право на заслуженный отдых.

Таким образом, версия о том, что очарованная красотой полуострова пара решила там остаться, обретала убедительность. Только что мешало Наталье Борисовне послать по почте заявление об увольнении? Человек в отпуске имеет право так сделать, особенно если он уже пенсионер по возрасту. Кто не дал соседке отстучать Ирине телеграмму с текстом типа «не жди меня»? Неужели так жалко было денег на почтовые расходы?