Книга Контрабанда. Я нашла оборотня!, страница 34 – Майя Нур

Он улыбнулся без тени тепла.

— Для объектов нашего ведомства... да.

— Хорошо.

Она убрала удостоверение.

— Тогда не будем терять время.

Это было плохо: сопровождение означало ограниченный маршрут и чужие глаза на каждом её шаге, — но она кивнула и вошла, потому что выбора не было и потому что ситуация с сопровождающим, при всей её неудобности, всё же была лучше, чем если бы ей отказали во входе вовсе. Внутри завода пахло старым металлом, сыростью и ещё чем-то, чего она не сразу определила, — а потом определила, и у неё внутри что-то сжалось: это был тот самый запах, который она уловила в контейнере две недели назад, и он означал, что товар уже здесь.

Глава 19

Сопровождающий вёл её по периметру завода, методично показывая производственные помещения в том порядке, который она мысленно назвала «безопасным маршрутом»: те части здания, где не было ничего, кроме ржавеющего оборудования и стандартного запустения закрытого предприятия. Ярина шла, делала записи, задавала вопросы о техническом состоянии объекта и противопожарных нормах, и всё это выглядело ровно так, как должна выглядеть внеплановая проверка, которую проводит добросовестный сотрудник без скрытой повестки.

— Когда последний раз проводилась проверка электропроводки?

— Около года назад.

— Документы сохранились?

— Разумеется.

— Покажете позже.

Она думала, что этот сопровождающий, скорее всего, понимал, что она ищет, и она понимала, что он понимает, и они оба делали вид, что никто ничего не понимает, и в этом взаимном притворстве было что-то, очень точно описывающее суть того, как работала система Корнеева: всё происходило у всех на виду, и именно поэтому ничего не происходило официально. Одновременно она считала: количество охранников, которых видела по дороге, — больше, чем нужно для охраны пустующего объекта; источники света, не совпадающие с теми, которые могли потребоваться для поддержания минимальной инфраструктуры; и несколько раз — быстрые, намеренно ненаправленные взгляды сопровождающего в сторону центральной части здания, которую они методично обходили стороной.

Центральная часть — бывший производственный цех — располагалась за двойными воротами, и именно туда вёл запах. Ярина остановилась перед воротами.

— Это помещение я тоже должна осмотреть.

Сопровождающий спокойно ответил:

— В этом нет необходимости.

— Есть.

Она показала предписание.

— Проверка распространяется на весь объект. Без исключений.

Он промолчал.

— Если вы отказываете в доступе, я зафиксирую это в протоколе отдельным пунктом.

Сопровождающий смотрел на неё несколько секунд — ровно, без эмоций, — и она понимала, что он принимает решение, и что это решение касается не только её доступа к помещению, но и чего-то более существенного: насколько она опасна и что с этим делать прямо сейчас.

Потом он достал телефон, быстро набрал сообщение и убрал его обратно в карман.

— Минуту, — сказал он.

Ярина, глядя на это, поняла, что только что произошло: он доложил наверх, и следующее действие будет не его решением.

Ворота открылись изнутри — не сопровождающий открыл их, а кто-то с другой стороны, — и в следующую секунду всё стало понятно и одновременно значительно хуже, чем она планировала: в цеху было около двенадцати человек, часть из которых явно были гостями аукциона, уже прибывшими раньше расписания, и среди них — в дальнем конце помещения, у временного подиума, явно предназначенного для демонстрации товара, — стоял Геннадий Корнеев собственной персоной, и он смотрел на неё с видом человека, которого ничто в этой сцене не удивляет, потому что он её организовал.