Книга Цветы молнии, страница 118 – Джей Тодд Скотт

Она показывает за спину – на темный глазок объектива на дальней стене, смотрящий на дверь и лучащиеся солнцем окна.

— Да, ну, то есть у нас стоит несколько штук… – Диди следит за ее взглядом. – Я не знаю, куда передаются видео и как до них добраться, – морщится она и теребит очки. – Честно говоря, миз Рен, я даже не уверена, что эти штуковины подключены к сети и к компьютерам. Они не всегда работают.

— Мы ведь можем проверить?

— Ну да, можем, – поколебавшись, соглашается Диди.

— Отлично, – кивает Ломакс. – Пока мы разбираемся с видео, расскажешь, как живешь с тех пор, как вернулась сюда. Как вообще дела, – заговорщицки шепчет он, наклонившись к девушке, как будто они во всем здании не одни и кто-то может подслушать. – А если от наших поисков будет толк и мы найдем что-то полезное миз Рен, то отметим вечером в «Макси».

Диди серьезно смотрит на него из-за темных стекол очков.

— Приглашаете на свидание, мистер Ломакс?

Он косится на Линнею и снова поворачивается к Диди Картер, одаривая ту милейшей улыбкой.

— Сто процентов.

ТУСОН, АРИЗОНА

Рио помнит, как впервые встретился с Линнеей.

Он проработал в ФБР всего три года, когда попал в пятый отдел поведенческого анализа – тот относился к подразделению поддержки расследований и операций группы реагирования на чрезвычайные происшествия. Рио приняли туда не благодаря великому сыщицкому опыту или раскрытому громкому делу, а потому, что он ждал перевода в тактическую команду по спасению заложников и параллельно проходил контртеррористическую подготовку в ОПА–1.

У него уже был допуск к секретным документам, а также слава блестящего тактика и стратега, поэтому Адан прекрасно справился бы с работой по спасению заложников. К тому же он свободно говорил на трех языках: английском, немецком и испанском, отлично стрелял и легко общался с людьми.

Все его любили.

Все, кроме Линнеи Рен.

К тому моменту, как они пересеклись в ОПА, она уже слыла городской легендой – детектив из Нью-Йорка, которая сделала себе имя, помогая участкам по всей стране раскрывать пропажи без вести и убийства. Подход у нее был необычный, нетривиальный, неповторимый, но почти всегда беспроигрышный. Несколькими годами ранее она прошла обучение под эгидой ФБР и с тех пор стала этаким радаром бюро, а потом кто-то в столице решил пригласить ее консультантом на полставки в ОПА – впрочем, такому повороту обрадовались не все.

Проблема заключалась в том, что Линнея не любила работать в командах, да и вообще с людьми, поэтому, когда Рио встретил ее в рейгановском аэропорту, он ей тоже не понравился.

В тот день в Вирджинии было влажно и липко, как в южноамериканских джунглях. После изнуряющего перелета из Покипси Линнея выглядела неважно, и Рио дежурно спросил, не хочет ли она сначала заехать в служебное жилье, прежде чем отправиться в штаб ОПА в Куантико. Это была большая ошибка.

Линнея не хотела.

— Простите, агент Рио, я оценила, как вежливо вы намекнули мне, что я паршиво выгляжу, но, если не возражаете, я лучше сразу приступлю к работе.

Он рассмеялся – и вызвал у нее еще большее недовольство.

— Смотрю, вам весело, – процедила Линнея. – Похоже, вам выпал несчастливый жребий приехать сюда и познакомиться со мной первым. Я понимаю, среди вас, агентов, полно тех, кто считает мое присутствие в лучшем случае блажью начальства, а в худшем – угрозой их так называемой работе в поле.