Книга Цветы молнии, страница 10 – Джей Тодд Скотт

— Будет дождь, – говорит Белла, встает, потягивается и принюхивается к ветерку.

Энди смотрит в ярко-голубое безоблачное небо, гладкое, как шелк.

— Запах земли, петрикор называется. Возникает, когда озон соединяется с эфирными маслами и той штукой, геосмином, – в общем, во время дождя. Молния насыщает воздух озоном, а капли несут его к земле.

— Ты это знаешь, потому что… – Белла едва заметно показывает на голые руки Энди, покрытые шрамами.

— Именно. – Энди тоже поднимается и свистит Руби, мол, я иду. – Каждая капелька дождя – это крохотная гроза. В них всех есть искра от молнии.

— Красиво. Но я чую дождь задолго до того, как он выпадает, mija. Задолго до грозы.

Энди нравится, как Белла ласково зовет ее mija – «дочь моя», – и не находит в себе сил признаться, что тоже ощущает запах урагана. Он еще за горами, в нескольких милях, и его пока не видно, однако иссушенная зноем земля уже раскрывает пыльные объятия для влажного воздуха и выпускает в небо облачко метаболитов актинобактерий^[8]. Сильный ветер далеко-далеко разносит этот терпкий горький аромат. Каждый день и каждую минуту где-то в мире идет дождь. А где-то даже гроза.

Энди обнимает Беллу. Та отвечает, и в ее тонких руках чувствуется неожиданная сила. Энди тянет подругу за футболку.

— Слушай, а ты правда общалась со Стиви Никс?

Белла только с улыбкой подмигивает, насвистывая знакомую, как запах дождя, песенку, и удаляется в трейлер.

ЛОРМАН, МИССИСИПИ

Линнея Рен ненавидит дождь, а сейчас такой мощный ливень, будто на небе прорвало трубы.

Дождь упрямо хлестал, когда она уезжала с Аданом Рио из Нью-Йорка в Шарлотт, потом в Атланту, а затем и в Нашвилл, где след оборвался и им пришлось два дня сидеть на месте, пока напарник кому-то звонил, задействовал связи, творил чудеса, – и дальше в путь.

А все потому, что Эбби Уолден хотела стать певицей. Хотела стать звездой.

Уильям Уолден в течение многих лет записывал, как дочь поет, и Линнея послушала эти треки: Эбби бесспорно обладала талантом и дала бы фору любому завсегдатаю караоке. На ранних кассетах у нее был нежный звонкий голос, немного робкий и искренний; затем в нем появилась грустинка. На звезду кантри-музыки Эбби не тянула, но не говорить же такое в лицо девятнадцатилетней мечтательнице? Вот и сенатор Уолден отмалчивался: слишком много лет ушло на уроки вокала и гитары, на слезы и истерики, на мелкие неудачи и откровенные провалы.

Для такой молоденькой девушки – целая жизнь.

Линнее и Рио следовало бы прямо с Нашвилла и начать, хотя об этом они еще сто раз поспорят. Возможно, она сама станет спорить, даже злиться и повышать голос – Линнея уже научилась лучше себя контролировать, но до титанического спокойствия ей безнадежно далеко, – а Рио будет лишь молча кивать в такт, пока она не пробушует и не затихнет, как летняя гроза. Природа так устроена.

Однако нынешний библейский шторм и не собирался стихать: он преследовал их всю дорогу, с неба хлестал настоящий водопад, отчего Миссисипи вышла из берегов, затопила дома и шоссе и лишила Восточное побережье электричества.

Черт, как же Линнея ненавидит дождь – и то, что он порой обнажает.

* * *

Она отрывается от игры на телефоне и видит, как Рио подзывает ее жестом.

Напарник стоит под навесом морга округа Джефферсон и, докуривая сигарету, разговаривает с местным коронером Джерри Ли. Насколько Линнея знает, Адан Рио вообще-то никогда не дымил, а сегодня вдруг превратился в заядлого курильщика; завтра он наденет уже новую маску. Рио хамелеон: неплохо говорит на трех языках, а то и больше, но куда лучше ему удается считывать людей и узнавать о них уйму информации – нужно лишь расположить их к себе. Он не играет роль, не прикидывается, никому не подражает; у него удивительный природный дар быть простым, настоящим и искренним, без налета фальши. Рио уже двадцать минут стоит на крыльце, общается с коронером и курит так, будто много лет не выпускает сигарету изо рта. Мужчины прячутся от ливня под неуместно веселеньким полосатым навесом морга, и Адан терпеливо объясняет, что они с Линнеей – бывший федеральный агент и экс-полицейский, переквалифицировавшиеся в частных сыщиков. Рассказывает, что привело их из Нью-Йорка аж сюда, в Лорман, штат Миссисипи.