Онлайн книга «Варяг III»
|
— Тащите этого ублюдка сюда. Я сам его допрошу! * * * Азарт всё-таки ударил в молодые головы, и всё пошло под откос… Торгильс видел, как его парни после второго удачного залпа загорелись. В их глазах вспыхнул тот самый огонёк, против которого он, как старший, всегда боролся на охоте: «Добить! Догнать! Положить ещё!». Ведь жадность отупляет… Он стоял на своём посту, за толстым дубом, и видел, как они, вместо того чтобы мгновенно отступить вглубь чащи, к заранее подготовленным отходным тропам, продолжили сыпать стрелами. Раскрывая позиции. Показывая врагу, где сидят «птички». Он сорвался с места и побежал по сырой скользкой земле, спотыкаясь о корни, не чувствуя боли в старых ранах. Подбежал к ближайшему, долговязому Буту, и врезал ему кулаком в челюсть, не сдерживая сил. — Назад, олух! Беги! Бут опешил, выронил лук и взглянул на Торгильса тупым взглядом. А потом — словно по сигналу — на них обрушился град стрел. Ответный залп разъярённых Альфборгцев… Бут получил стрелу тремя пальцами ниже левого глаза. Тонкий наконечник прошёл навылет, показавшись острым кончиком у него на затылке. Парень рухнул, как подкошенный. Остальных скосили за следующие несколько секунд. Торгильс чудом уцелел… На миг забыв обо всём, он попытался оттащить тело Бута в кусты. Но тут-то его и схватили. Тяжелый удар по затылку взорвал все нервные окончания на голове… Его сбили с ног. Мир проплыл и заплясал перед глазами. Потом последовали верёвки, впивающиеся в запястья и жесткие пинки в бока. Горькое просветление наступило уже на коленях, в центре звенящего стального муравейника, под десятками чужих, ненавидящих глаз. Перед ним появился Торгнир, которого он видел когда-то лишь мельком. Новоиспеченный ярл Альфборга был молод и красив, как ядовитая змея, и его холодные глаза не сулили охотнику ничего хорошего… Торгильс попытался плюнуть и высказать всё, что он думает о предателях, об убийцах стариков, о жадных щенках, лезущих на чужой надел… Но из пересохшего горла вырвался лишь хриплый и беззвучный выдох. Торгнир не стал тратить время зря и нанес удар. Мир взорвался белыми искрами и звоном в ушах. Потом последовал удар в живот. Воздух со свистом вырвался из лёгких. Охотник сложился пополам, едва не свалившись набок. Его вырвало желчью прямо на сапоги Торгнира. — Сколько вас тут ещё, в этом паршивом лесу? — голос ярла прозвучал прямо над его ухом. Тихо, почти ласково. — Где остальные засады? Сколько человек у Рюрика на стенах? Быстро отвечай! Торгильс закусил внутреннюю сторону щеки до крови. Дикая и отчаянная мысль пронеслась в голове: «Нужно откусить язык. Сделать так, чтобы я не смог говорить. Чтобы не смог предать даже под пытками!» Он сжал челюсти, чувствуя, как напрягаются мышцы шеи. Торгнир, будто прочитав его мысли, вздохнул с преувеличенной скукой и снова ударил. На этот раз по другой скуле, с противоположной стороны. Голова Торгильса дёрнулась, шея хрустнула. — Вставьте ему между зубов палку, — равнодушно бросил Торгнир кому-то через плечо. — Чтобы не баловался с языком. Его грубо дёрнули за волосы, заломили голову назад. Между зубов, сквозь стиснутые губы, втиснули обломок сырой крепкой ветки. Она впивалась в дёсны, в нёбо, мешала сомкнуть челюсти, вызывая новую волну тошноты. |