Онлайн книга «Варяг III»
|
Мясо, покрытое румяной корочкой, дымилось на дубовой доске, а огромная хлебная краюха пахла зрелым зерном, золой и самим солнцем. Я, не сдерживаясь, накинулся на еду, как голодный волк после долгой, голодной зимы, с наслаждением разрывая волокна мяса крепкими зубами и запивая его большими жадными глотками ледяной живительной влаги. Она была в тысячу раз вкуснее и желаннее любого, даже самого старого вина. Утолив голод, я опустил пальцы в почти пустой кубок и, метко прицелившись, брызнул несколькими каплями холодной воды прямо в лицо своему верному другу. Эйвинд дернулся, как от удара током, громко крякнул, но не проснулся. Второй, более точный выстрел вызвал недовольное сонное ворчание. Ну, а третий уже сработал как надо… Мой друг с трудом оторвал голову от стола. Его лицо было помято, как после доброй драки, глаза блестели крошечными, заплывшими щелочками. И в них плескалось отчаяние жестокого похмелья… — Проснись… и… пой! Проснись… и… пой! — с легкой насмешкой пропел я куплетик из своей старой жизни, чувствуя, как и сам понемногу оживаю, наполняясь силой от сытной еды и холодной воды. Эйвинд несколько раз моргнул, с трудом фокусируя на мне свой затуманенный взгляд. Его сознание медленно, с явным усилием, возвращалось из небытия, плывя сквозь густые, непроглядные туманы вчерашних возлияний. — А-а… Рюрик… — прохрипел он. — Поздравляю с женитьбой… Ну, и всё такое прочее… Искренне. Будьте счастливы. Желаю вам много детей. Сильных. Здоровых. Чтобы… чтобы продолжили твои безумные дела… — Ага… Спасибо за добрые слова, — я отломил большой кусок душистого хлеба и протянул ему через стол. — Давай, приводи себя в порядок, друг. Умывайся, ешь, протрезвляйся. Скоро пойдем к беженцам из Гранборга. Проведаем да посмотрим, как они устроились. Авось, кого-нибудь в пехоту завербуем… Или на стройку… Здоровых мужиков они с собой пригнали, не одни старухи да дети. А им без дела скучно, могут начать буянить и проблемы создавать. Пока Эйвинд нехотя приходил в себя, я попросил слуг принести ему плотный завтрак и большой кувшин воды. Аппетит у друга оказался поистине зверским. Он молча, но с явным удовольствием умял полную глиняную миску густой, наваристой похлебки с кореньями и мясом, заел ее доброй половиной краюхи хлеба и солидным фунтом холодной, сочной говядины, и запил все тем же огромным кувшином ледяной воды, после чего с наслаждением вытер свое потное лицо и пышную бороду мокрым рукавом рубахи. — Ну, теперь я почти человек, — проворчал викинг, с трудом поднимаясь со скамьи. Затем он с удовольствием потянулся и хрустнул всеми суставами… — Почти. Только вот голова трещит, будто по ней гномы работают… Своими тяжеленными молотами… — Это пройдет, обязательно пройдет, — успокоил я его, похлопывая по плечу. — Свежий воздух и пара дел — лучшее лекарство от такой напасти. Когда он окончательно пришел в себя, я подозвал к себе двух дружинников из тех, что были построже да посолиднее. — Слушайте сюда, братья… — сказал я тихо. — Охраняйте покой моей жены. Никого не впускать и не выпускать, пока она сама не проснется и не соизволит выйти. Ни-ко-го, поняли? Даже если сам Один, Отец Павших, постучится в эту дверь и потребует аудиенции, говорите, что конунг Рюрик лично приказал не беспокоить Астрид ни под каким предлогом. |