Онлайн книга «Варяг III»
|
Потом его взгляд упал на нос корабля. Туда, где обычно красовалась резная свирепая голова дракона, вселяющая ужас в сердца врагов. Теперь там болталось нечто. Изуродованное, почти сгнившее, почерневшее от времени и непогоды тело. Его едва можно было опознать как человеческое. По морю, словно стая раненых птиц, шли и другие корабли. Жалкие, потрепанные остатки некогда величественного, непобедимого флота Харальда. Тени былой мощи. Зрелище, от которого кровь стыла в жилах. Вигго медленно перевел взгляд на девушек. Вся его насмешливая, садистская легкость испарилась, сменившись немой яростью. — Проваливайте, — бросил он им сквозь стиснутые зубы. — Сгиньте с глаз моих. Если я услышу хоть один ваш шепот, хоть один смешок, сдеру с вас кожу живьем и сделаю себе новые портки. Понятно? Девушки, не веря своему счастью, бросились к куче своей жалкой одежды, на ходу натягивая грубые платья, и пустились бежать прочь от берега, от этого демона в человеческом облике, чья ярость была страшнее любого шторма. Вигго же не сводил глаз с приближающегося драккара. В его душе бушевал шторм. Недоброе предчувствие сжало его сердце. Неужели поражение? Неужели Харальд проиграл? — Отец, — трепетно прошептал он в сторону корабля. — Молю богов, чтобы ты был жив. Или чтобы ты пал в бою, с мечом в руке, как подобает воину. С лицом, обращенным к врагу. А не сгнил в постели, как старый, больной пес. Ибо если ты побежден… то это значит, что в мире появилась сила, способная сокрушить нас… И мне придется иметь с ней дело. * * * Восковая свеча отбрасывала трепещущие тени на бревенчатые стены горницы. Воздух потяжелел от крови и аромата целебных трав. Астрид уже вторую ночь не смыкала глаз. Силы покидали ее, уплывали, как песок сквозь пальцы, оставляя после себя лишь хрупкую, хрустальную пустоту. Движимая лишь силой воли, она меняла повязки на теле Рюрика, с содроганием глядя на багровые, воспаленные швы, на пурпурные синяки, на раны, из которых сочилась сукровица. Она прижималась к нему всем телом, когда его била лихорадка, пыталась согреть своим теплом его ледяную влажную кожу. Шептала ему на ухо старые молитвы Фригг, заклинания, простые, глупые слова любви, которые приходили ей на ум. Все, что могло бы стать якорем, цепью, что удержала бы его душу в этом мире. Рядом с ней… Она почти ничего не ела и не могла спать. Отчаяние точило ее изнутри, выедая последние остатки надежды. По Буянборгу ползли слухи: «Конунг умирает, новая власть не продержалась и дня»; «Нам нужен сильный лидер, а не полумертвый скальд, пришедший из ниоткуда». Эйвинду и Лейфу приходилось наводить порядок кулаками и угрозами. Они были ее опорой, ее щитом, двумя скалами, о которые разбивались волны паники. Но как долго щит может выдерживать напор, если меч в руках воина сломан? Страх сжимал ее горло терновым обручем. Она потеряла дядю Бьёрна, своего могучего и неукротимого медведя. Потеряла тетку Ингвильд, чьи руки пахли хлебом и уютом. Потеряла двоюродных братьев, озорных мальчишек, чей смех еще недавно звенел в этих стенах. Весь ее мир, вся ее родня, все, что было ей дорого и знакомо, остались лежать в холодной земле или сгорели в очищающем пламени погребальных костров. Оставался только Рюрик. Он был ее якорем в бушующем море хаоса. Если он умрет… Она уже представляла себе это. Ярко, в мельчайших деталях, как будто это было пророчество. Она оденется в свое лучшее платье, возьмет в руки его меч, взойдет на погребальный драккар и ляжет рядом с ним, обняв за плечи. Потом подожжет сухой хворост… |