Книга Кодекс Магических Зверей 3, страница 76 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Господин Элиан настойчиво просил меня составить вам компанию, — сказала она ледяным тоном. — И я согласилась.

Эвген перевёл на Элиана взгляд, в котором мелькнула озорная искра.

— Настойчиво просил, значит? — переспросил он, едва сдерживая улыбку. — Что ж, я всегда рад столь прелестной компании.

Он изобразил шутливый поклон, но Мира лишь задрала носик ещё выше и с королевским видом прошествовала к выходу.

— Идём, — сказала она, даже не оборачиваясь.

Эвген подмигнул Элиану и тихо прошептал:

— Кажется, у нас сегодня будет интересный вечер.

Элиан только вздохнул, подхватил на плечо притихшего Астика и двинулся следом.

Они покинули помещение, выделенное для Академии, и направились к выходу с территории Арены. В главном вестибюле, у массивных дверей, ведущих на улицу, им встретился профессор Вельде. Мужчина опирался на трость и о чём-то беседовал с одним из организаторов — судя по эмблеме, представителем Арены Когтя.

— А, наши победители! — Вельде расплылся в улыбке, увидев их. — Уже уходите?

— Да, профессор, — ответил Эвген. — Хотим немного прогуляться, отвлечься от соревнований.

— Правильно, правильно, — Вельде кивнул, его взгляд скользнул по Мире, потом вернулся к Эвгену. — Отдыхайте, набирайтесь сил. Завтра новый день, новые бои!

Он говорил это всем, но смотрел только на Эвгена и Миру. Элиан оставался за границей его внимания, как, впрочем, и всегда.

— Жду вас завтра утром, — добавил Вельде, когда Эвген и Мира уже взялись за ручки дверей.

Они кивнули и вышли наружу, за ними последовал Элиан. Свежий прохладный воздух ударил в лицо, и он глубоко вздохнул.

— Ну что, — глаза Эвгена блестели от предвкушения. — Куда идём?

Элиан посмотрел на солнце, на улицы, которые постепенно наполнялись суетой, на Астика, сидевшего на плече и с любопытством оглядывавшегося по сторонам, и улыбнулся.

— В район Отверженных, — сказал он. — К моему другу. Его зовут Эйден, и, надеюсь, у него найдётся, что вам показать.

Я отбросил мысли о путях эволюции. У меня слишком мало данных для каких-либо серьёзных выводов, а гадать на пустом месте бесполезно.

Перевёл взгляд на лежавшего на столе бегунца. Теперь моя задача — обеспечить ему покой, уход и дождаться, когда организм окончательно справится с инфекцией и завершит восстановление.

Подошёл к самой большой клетке в углу, тщательно протер прутья и дно тряпкой, смоченной раствором «железнолиста». Резкий запах антисептика заполнил помещение, смешиваясь с ароматом сушёных трав и старого дерева.

Затем направился в загон и набрал охапку душистого сена. Вернувшись в главный зал, застелил дно клетки толстым слоем, проверяя, чтобы нигде не торчали острые сухие стебли, и подошел к столу. Осторожно подняв тяжелое тело бегунца, уложил его на сено.

Закрыв дверцу клетки, проверил засов и отошёл, вытирая руки тряпкой.

Люмин спрыгнул с табурета, подошёл к клетке, встал на задние лапы и заглянул внутрь. Его длинные уши прижались к голове, а хвост медленно покачивался из стороны в сторону. Он тихо пискнул, словно спрашивая, всё ли будет хорошо.

— Он ещё побегает, ушастый, — сказал я, поглаживая его по голове. — Ему просто нужно время.

Зайцелоп ткнулся носом в мою ладонь, затем развернулся и побежал обратно к табурету. Запрыгнув на него, свернулся клубочком, чтобы досмотреть прерванный сон. Тем самым ушастый разбудил Кроха — тот недовольно взглянул на него, фыркнул, направился к очагу, вновь улёгся и закрыл глаза.