Книга Кодекс Магических Зверей 3, страница 69 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Затем я взял склянку с только что сделанным анестетиком из «Сонного куста», перелил четверть содержимого в стакан и смешал с водой. Такого количества должно хватить, чтобы ненадолго усыпить зверя. Затем добавил три капли раствора с «Пыльцой светлячков» и тщательно перемешал.

— Сейчас он уснёт, — сказал я. — Не пугайтесь.

Я осторожно приподнял голову зверя и влил в пасть жидкость. Прошла минута, вторая. Дыхание зверя стало глубже, ровнее, дрожь утихла, глаза закрылись — он уснул.

Теперь самое сложное. Я взял самый острый нож для операций, тщательно обработал его и область вокруг раны раствором «железнолиста». Поднеся инструмент к ране, я увидел черные рваные края и сочившийся из глубины жёлто-зелёный гной с примесью крови. Нужно вскрыть гнойник, выпустить содержимое и удалить омертвевшие ткани.

— Подойдите, — сказал я мужчине, и он мгновенно оказался рядом. — Крепко держите его.

Кивнув, он положил огромные руки на тело зверя и прижал его к столу. Лицо еще побледнело еще сильнее, но взгляд был прикован к другу.

Я сделал разрез.

Нож вошёл в рану с неприятным влажным хрустом. Зловонный густой гной с примесью крови хлынул наружу. Я расширял разрез, тщательно удаляя омертвевшие ткани.

Работал быстро, но аккуратно, стараясь не повредить живые ткани. Когда гной перестал течь и показалась алая кровь, отложил нож, тщательно промыл поврежденные ткани раствором «железнолиста», ввел дренаж из чистой тряпки в глубину раны.

Затем взял склянку с мелким невесомым порошком «Кровянки» для гноящихся ран и аккуратно присыпал им стенки и края поврежденного участка, избегая попадания на дренаж. «Кровянка» шипела, впитывая кровь.

Теперь нужно дождаться, когда зверь придет в себя, и дать ему оставшуюся дозу «Пустокрова».

Я отступил на шаг и вытер вспотевший лоб. Зверь лежал неподвижно, глубоко дыша, анестетик ещё держал его на границе сна и яви. Я сел на табурет и почувствовал, как напряжение медленно спадало. Мужчина молча отошёл к стене.

Прошло, наверное, около получаса.

Сначала у зверя дрогнуло ухо, потом задрожали веки. Я встал и подошёл ближе. Передние лапы слабо перебирали по столу, словно он пытался куда-то убежать.

— Тихо, тихо, — сказал я негромко, кладя ладонь ему на загривок. — Всё хорошо, ты в безопасности.

Зверь вздрогнул от прикосновения, его мутные стеклянные глаза приоткрылись. Он попытался приподнять голову, но сил не хватило, и она опустилась обратно на стол. Из пасти вырвался тихий, жалобный звук.

— Ты молодец, — сказал я, поглаживая его.

Его зрачки начали сужаться, взгляд понемногу фокусировался. Зверь медленно повёл носом, обнюхивая воздух, и его тело расслабилось — он узнал запах хозяина, стоявшего у стены.

Мужчина шагнул вперёд, но я остановил его.

— Не сейчас, я ещё не закончил.

Прошло ещё несколько минут. Дыхание зверя выровнялось, дрожь прекратилась. Он уже не пытался встать, но глаза смотрели осмысленно. Я проверил пульс — ровный, чуть учащённый, но в пределах нормы.

— Теперь можно, — сказал я, беря со стола склянку с оставшимся отваром «Пустокрова».

Осторожно приподнял голову зверя и медленно начал вливать содержимое склянки. Когда горькая жидкость касалась языка, зверь инстинктивно сглатывал.

Закончив, увидел, как лёгкая судорога побежала по телу зверя, мышцы напряглись, а потом расслабились. Отвар связывал последние очаги интоксикации.