Книга Укротитель Драконов 1, страница 137 – Ярослав Мечников

Конвейер. Живые существа на входе, послушные инструменты на выходе. И чем больше Империя расширялась, чем выше поднималась Мгла, тем больше драконов требовалось. Больше почтовых, больше караванных, больше боевых. Спрос рос, а предложение падало, потому что сломанные драконы не размножались нормально. Их потомство рождалось слабым, болезненным, с подавленными стихийными способностями. Замкнутый круг, который никто не хотел видеть.

Мглоходы стояли отдельно от всей этой системы. Люди, которые зашли в Мглу так глубоко, что она стала частью их. Серая кожа, мутные глаза, температура тела ниже нормы. Они могли неделями находиться в Пелене, дышать ей, ходить по дну мира, где не выживал никто, и возвращаться. Изменёнными, странными, с обрывками знаний, которые никто не мог проверить. Империя использовала их как разведчиков и пророков, но держала на коротком поводке. Мглоход, вышедший из-под контроля, был опаснее штурмового дракона, потому что он знал то, чего не знал больше никто.

Связь между Пеленой и драконами тоже оказалась глубже, чем я думал. Мгла — дыхание Первородных, спящих на дне мира. Драконы — их потомки, отголоски, осколки той же силы. Чем глубже Связь между всадником и драконом, тем лучше всадник переносил Мглу. Потому что через дракона он подключался к той же энергии, которая питала Пелену. Драконий Резонанс и аура Мглы были двумя сторонами одной монеты. Закалка адаптировала тело к Мгле снаружи, а Связь — изнутри. Вместе они давали эффект, недостижимый по отдельности.

Поэтому Повелители могли часами находиться в Пелене. Поэтому Владыки Стай жили на самом краю, где воздух уже был отравлен, и не болели. А Мглоходы… Мглоходы, по одной из теорий, были людьми, чья Связь с драконом оказалась настолько глубокой, что пережила смерть самого дракона. Или людьми, которые установили Связь с чем-то другим. С самой Мглой, с тем, что дышало на дне.

Система культивации раскладывалась по полочкам. Непробуждённый — три круга, через которые я сейчас продирался. Базовая адаптация тела к высоте и микровоздействию Мглы. Дальше — Закалённый, пять кругов, от «Первого вдоха» до «Железного стержня». Это уже серьёзно: перестройка лёгких, уплотнение костей, повышение болевого порога. Годы работы. Потом — Всадник, шесть кругов, но только при наличии Связи. Драконий Резонанс начинал менять тело на клеточном уровне: обострение чувств, когти вместо ногтей, чешуя на предплечьях, вертикальный зрачок. Повелитель — четыре круга, Глубокая Связь со штурмовым или Владыкой. Здесь человек переставал быть полностью человеком. Владыка Стай — ещё четыре круга, множественные Связи, легенда при жизни. И за пределом всего, вне всей системы культивации — Мглоход, о которых достоверно не знали ничего.

Между Непробуждённым и Закалённым лежал ритуал Первого Вдоха. Контролируемое погружение в Мглу на пять минут. Без подготовки — смерть, с подготовкой — первый шаг в другую жизнь. Мне до него оставалось завершить третий круг и пройти кланские ритуалы посвящения. О которых я узнал достаточно, чтобы не испытывать оптимизма.

«Железная Ночь» — ночь в яме с диким драконом. Нож и факел. Доживи до утра. Смертность — тридцать процентов. И «Принятие Узды» — самостоятельная ломка молодой виверны за тридцать дней. Вот это пугало больше ямы, не потому что сложно, а потому что от меня ждали, что я сломаю зверя. Кнутом, голодом, изоляцией. Всем тем, от чего меня тошнило в прошлой жизни и тошнит в этой.