Книга Системный Кузнец XII, страница 111 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Сел на лавку у стены. Выдохнул. Сил потратил больше, чем рассчитывал.

Зверёк на верстаке валялся на спинке, расставив лапки. Из приоткрытой пасти доносилось мерное посапывание. Видно, и его эта работа умаяла.

Я посмотрел на дверь. Скоро вернётся Ульф. Скоро пацаны принесут жратву. Сяду, поем, прикину, как начну ковку первого болта.

Дверь скрипнула.

Я думал, Ульф. Поднял голову, выпрямился навстречу.

На пороге стоял не Ульф. На пороге, плечом к плечу, стояли мастер Октавио и магистр Доменико Вальмонте.

Я медленно поднялся. Вытер руки о тряпицу, оставленную на верстаке. Подошёл.

— Кай. — Голос у Октавио был тихий и сухой, как обычно. Только сейчас в нём добавилась тяжёлая нота, какой не было утром в зале. — Есть разговор.

— Слушаю, — сказал я.

Вальмонте, не дожидаясь приглашения, шагнул внутрь. Без церемоний, как у себя дома. Окинул кузню зорким взглядом. Хмыкнул.

— И как ты тут собрался работать, парень? Это ж кузня под крючки и подковы.

— Нормальная кузня, — ответил я ровно. — Не надо про крючки. Что случилось?

Магистр оглянулся через плечо на Октавио. Тот помедлил, потом тоже шагнул через порог. Дверь за собой не закрыл. Постоял немного, словно собирая в одну фразу всё, что хотел сказать.

— Этот Сольфар, — выговорил наконец. — Лорд. Процесс необратим. Он пробуждается окончательно. Наши мастера рун спустились в каверну вместе с охотниками магистра. Печать… то, что от неё осталось, не удержит.

Я ждал.

— Мы не можем его убить, — продолжил Октавио. — Даже если бы знали, как. Если он умрёт, остров умрёт следом. Великие Горны без его дыхания превратятся в обычные печи. А Горны нам нужны — без них мы не выстоим против тех, кто плывёт сюда. Каганат. Альдория. Без Горнов остров не удержать и недели.

Вальмонте кивнул, не глядя на меня.

— И поэтому, — Октавио поднял на меня глаза прямо, — Гильдия начала собственный проект. Свои мастера, свои руны. Будем пытаться удержать его силой. Но раз ты здесь, и раз Вальмонте, — он метнул короткий взгляд в сторону магистра, — Вальмонте тебе доверяет, и раз, по твоим словам, ты можешь сковать оружие против морского лорда…

Он замолчал. Видно, что слова даются ему через горло.

— … то, может, ты дашь нам идею или попробуешь сам. Не убить его. Не убить, Кай. Усыпить. Парализовать. Отложить пробуждение. Сделать так, чтобы он лёг обратно. На неделю, на месяц, если повезёт — этого хватит, чтобы Гильдия восстановила Печать, и чтобы мы пережили войну.

Я смотрел на него молча.

— Если этого не сделать, — добавил Октавио ещё тише, — он встанет окончательно в ближайший день, может, два. И тогда ты сам понимаешь.

Я поглядел на обоих, перевёл взгляд с одного на другого. Зверёк на верстаке приподнял голову, треснул что-то невнятное и снова уложил мордочку на лапки.

— Послушайте, — сказал я ровно. — Вы просите невозможного. День на одно, день на другое. Ещё неделю назад я в ваших глазах был никто, паренёк, которого собирались отсеять на первом же этапе. А теперь приходите сюда и просите творить чудеса?

Октавио с Вальмонте переглянулись. По лицам было видно, что я их озадачил, но уточнять не стали — не до того.

— Понимаю, — выговорил Октавио сдержанно.

Сдерживал он, судя по поджатым губам, не только смущение. И раздражение там же ходило, под кожей. Мастер, привыкший, что его слово в Совете весит больше иных подписей, сейчас стоял в чужой кузне и упрашивал юнца. Видно, как ему это даётся.