Книга Системный Кузнец IV, страница 81 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Мастер едва заметно улыбнулся.

А затем сделал шаг, и ещё один. Медленными шагами вышел в центральный ряд и направился ко мне. Остановился передо мной, возвышаясь горой. Спутанная, жирная борода лежала на груди, которая вздымалась от волнения.

Кузнецы, увидев это движение, снова зашептались — головы стали поворачиваться в нашу сторону.

Гуннар смотрел долго и изучающе, потом облизнул пересохшие губы и перевёл взгляд на свою огромную ладонь, словно видел ту впервые, а затем решительным движением протянул мне.

Рука грозного в прошлом старика мелко дрожала от переполнявших его чувств. Смотрел на эту мозолистую ладонь, потом в его глаза — мягкие и прозрачные от влаги — и сердце забилось в горле.

Чёрт возьми, старик… Такая короткая жизнь, а сколько уже с тобой прошли? Пронеслось в голове. Ты бил меня, топил меня в бочке, а теперь стоишь здесь, после того, как все отвернулись, и протягиваешь руку на глазах у всех, как равному. Нет… даже больше.

Я протянул свою руку и сжал ладонь Гуннара. Рукопожатие было твёрдым, хотя ладонь мужика мокрая от пота и напряжения.

Тот сглотнул, подавляя слёзы, и коротко кивнул, а я кивнул в ответ — слов не требовалось.

Гуннар развернулся к залу, обвёл тяжёлым взглядом других кузнецов, которые начали понемногу подтягиваться ближе, выстраиваясь неровным полукругом возле горнов. Тишина в цеху нарушалась сухими хлопками вспыхивающего угля.

— Ну что, мужики⁈ — крикнул мастер, голос обрёл силу. — Рожи-то чего попрятали⁈

И вправду — многие хоть и вышли поближе, всё ещё стояли с опущенными головами, пряча глаза, стыдясь страха и малодушия.

— Пацан не хотел этого! Но слышали, как он говорил с Бесом⁈

Я бросил быстрый взгляд на ступеньки у входа — в глубокой тени неподвижно стоял бригадир Бык. Мужик молчал, и выражения лица было не разглядеть, но он не вмешивался.

— Не побоялся! Нос не повесил! Рот себе не заткнул! Ответил правду свою, как есть! Хоть мог бы и получить так, как нам с вами и в страшном сне не снилось. А мы что делаем⁈ Молчим в тряпочку и терпим⁈

В словах старика был яд, который выжигал рабскую покорность.

— Этот парень — мой подмастерье! — с гордостью пророкотал мужик.

Затем снова посмотрел на меня сверху вниз — в глазах читалось глубокое уважение, смешанное со страхом перед истиной, которую старик собирался произнести вслух.

— А теперь… — голос Гуннара дрогнул, но не сорвался. — А теперь, кажись, мы местами-то поменяемся.

Он кивнул коротко, скупо, по-мужски — в жесте было принятие новой реальности и признание меня как кузнеца.

Гуннар снова обвёл взглядом собравшихся мастеров — те уже смотрели открыто, не пряча глаз, в них просыпалось что-то давно забытое — достоинство. Старик бросил быстрый взгляд в сторону лестницы, где в тени всё так же неподвижно стояла фигура Быка. Желваки на скулах Гуннара заходили ходуном — возможно, хотел сказать что-то более резкое про Брандта, но, увидев надзирателя, поумерил пыл.

— Я вот как считаю, — заговорил мастер глуше. — Задницы должны порвать, а сделать сегодня всё как надо — не для того, чтоб выслужиться перед рыжим бесом и не для того, чтоб нам или мальцу потом не прилетело, а для того, чтобы доказать себе — мы тоже кузнецы достойные! Как этот парень. И люди мы достойные, духи нас раздери!