Книга Карп в сухой колее. Том 1, страница 31 – Софья Ленская

— Этот совершенно забыл представиться. Фамилия – Цао, имя – Сяошэ. Лекарь, внешний ученик школы Юэлань.

Тот самый лекарь с холодными руками! Юн Шэнь встрепенулся бы, если б мог. Что ж, вылазка в город дала свои плоды: он нашел того, кого искал. Но ситуация не стала яснее.

— Возможно, господин не помнит этого скромного, но он помог господину в игорном доме. Слуга господина очень вовремя тогда сориентировался и выцепил этого на улице. Удивительно, как господину удалось выжить, что тогда, что сейчас… Когда мои соученики показали господина, этот думал, что господин не выживет, но, должно быть, он благословлен счастливой звездой!

Лизоблюдство начинало утомлять, и Юн Шэнь попросту перестал вслушиваться в чужие слова. Надежды на то, что Цао Сяошэ мог знать какие-то подробности, предшествующие переселению его духа в смертное тело, меркли с ужасающей скоростью.

Своей избыточной болтовней этот лекарь очень напоминал Хэ Цисинь…

Хэ Цисинь!

Юн Шэнь почувствовал, будто внутри натянулась струна, норовившая лопнуть. Барышня Хэ была вместе с ним на той улице, там же был и Су Эр. Они стояли неподалеку. Удалось ли им спастись, когда распространилась демоническая ци? Тогда в толпе началась суматоха, а после Юн Шэнь видел усеянную иссушенными телами землю. Среди них он не заметил похожих на барышню Хэ или слугу Су. Или он недостаточно хорошо вглядывался? Что, если они там все же были?

Паника схлынула так же быстро, как и накатила. Хэ Цисинь и Су Эр ему никто. Даже Хэ Циюй не особо-то их ценил, так с чего бы Юн Шэню быть неравнодушным?

— Где Цисинь? Су Эр? – все же спросил он.

Лекарь растянул губы в легкой улыбке и продолжил так же аккуратно вынимать иглы.

— Не стоит беспокоиться. Господин вскоре с ними увидится… – Он вдруг замялся. – Скорее всего.

Юн Шэню не понравилась заминка в чужом голосе.

— Скорее всего? – переспросил он с сомнением. – Как это понимать? Где я нахожусь?

Он вновь дернул рукой. Игл в его теле оставалось совсем немного – можно было уже и отвязать его, наконец! Слова о том, что с барышней Хэ и Су Эром ничего не случилось, могли бы принести облегчение, но Юн Шэнь все больше сомневался в правдивости слов лекаря. Тот явно что-то скрывал.

— Вы в поместье Хэ. Прошу, прекратите дергаться, – ответил Цао Сяошэ нарочито спокойным голосом.

— Развяжи меня. Сейчас же.

Юн Шэнь еще раз пошевелился в сковывающих его запястья и щиколотки путах. Веревки начинали неприятно натирать тонкую кожу.

Цао Сяошэ удалил все иглы и, словно издеваясь, принялся медленно складывать их в футляр. Лишь разобравшись с ними, он начал ослаблять путы. Ослаблять, но не развязывать.

Неожиданно он наклонился к его уху близко-близко и тихо спросил:

— Скажите, господин, как много вы помните?

Тон его голоса стал серьезным – не сравнить с прежним елейным лепетанием. Юн Шэня прошибла странная дрожь.

— Что за вопросы такие? – Он вновь дернулся, но даже ослабленные путы крепко удерживали его. – Я требую объяснений.

— И вы их получите, всему свое время. А пока ответьте: как много вы помните?

Каждое слово он проговорил медленно и четко.

Это начинало порядком раздражать. Юн Шэнь окончательно запутался. Что значит, как много он помнит? К чему это все?

Он решил зайти с другой стороны. Стоило вести себя именно так, как вел бы себя избалованный знатный господин. Юн Шэнь резко отстранился и зло уставился Цао Сяошэ прямо в глаза.