Книга Карп в сухой колее. Том 1, страница 30 – Софья Ленская

— Но как же… – Мальчик вновь всхлипнул и поднял голову. В его светлых, почти прозрачных глазах все еще стояли слезы.

— Какой же ты глупый! Ты не останешься один! – воскликнул второй мальчишка и толкнул первого в плечо.

Тот едва не упал и, прекратив плакать, насупился, недовольно глядя на него.

— Что ты понимаешь! Учитель ведь сказал, что нам придется найти свой путь! – угрюмо ответил первый мальчик и толкнул второго в ответ.

— И почему ты решил, что пути должны быть разными? Мы можем найти один общий и идти по нему вместе!

Плачущий шмыгнул носом и взглянул немного неуверенно.

— А разве так можно? – тихо спросил он, поглядывая то на своего соседа, то на учителя с сомнением.

— Это… – Мужчина запнулся, смутившись, а после тихо рассмеялся. – Скажем так, некоторые люди действительно находят общий путь на дороге жизни, но…

— Вот видишь! Раз учитель так сказал, значит, так и есть! – бесцеремонно прервал его второй ученик и схватил первого за плечо, встряхивая.

— Но что, если мы все же разлучимся?..

Заклубился белый туман, заволакивая все вокруг. Учитель и ученики продолжали говорить, но их слова становились все глуше, пока не обернулись тишиной. Юн Шэнь не был уверен, что именно сейчас наблюдал, но чувствовал, будто его сердце вырвали из груди голыми руками. Эта боль не шла ни в какое сравнение с физической, это было нечто иное, то, что оставляло после себя ощущение всепоглощающей бездны в душе.

* * *

Юн Шэнь глубоко вздохнул и распахнул глаза.

Над его головой был деревянный потолок с подвешенными к нему связками трав. Вокруг витал горький и вяжущий запах лекарственных отваров, смешивающийся со щекочущим нос пряным и навязчивым запахом благовоний. Тусклое, трепещущее от случайных сквозняков пламя маленьких свечей слабо освещало комнату. За затянутым бумагой окном было темно.

Последнее, что Юн Шэнь помнил, – как ему едва не снес голову Си Ин.

От этих неприятных воспоминаний во рту вмиг стало горько и вязко. Захотелось сплюнуть дурную кровь.

Юн Шэнь на пробу двинул рукой, но безуспешно. Что-то мешало ему двигаться – крепко сковывало по рукам и ногам. Он постарался повернуть голову и увидел, что его обнаженное тело, оставшееся лишь в тонких нижних штанах, усеивают иглы.

Раздался тихий шорох раздвижных дверей, а следом послышались неторопливые шаги.

— Ах, господин очнулся! – нараспев громко сказал кто-то, подходя ближе. Шаги ускорились.

От натянуто звонкого голоса у Юн Шэня вмиг разболелась голова.

А еще он понял, что уже где-то слышал его.

— Мы встречаемся во второй раз, и вновь вы словно солнце на закате, покидающее небосвод!

Над Юн Шэнем непозволительно близко возникло лицо незнакомца с широкой, но натянутой улыбкой. Если бы он мог, то отпрянул бы в тот же момент, но все, что он сумел, – это неловко дернуться.

— Ох, не шевелитесь, прошу! – запричитал незнакомец со знакомым голосом. – Этот скромный сейчас же вас освободит, только для начала мне нужно убрать иглы, это может занять время. Прошу господина потерпеть.

Юн Шэнь открыл рот в беззвучном протесте. Он не мог говорить.

— Тише-тише, не переживайте. Сейча-а-ас, всего мгновение, – ворковал тот, пока снимал иглы.

К Юн Шэню постепенно возвращались прежние ощущения. Все тело вновь начинало болеть. Досадно.