Книга Марс наш!, страница 19 – Эдуард Поляков

— Лукьяненко⁈ Это кто? — с неподдельным любопытством смотрели на меня оба визитёра.

— Ну как же, — удивился я, почуяв очередной розыгрыш. — Сергей «Свет» Васильевич Лукьяненко — живая глыба российской фантастики! Двадцать пять лет назад его повесть «Атомный сон» и «Лабиринт отражений» лишили меня литературной девственности!

— Может, он имеет в виду Романа Васильевича Лукьяненко — штатного врача экспедиции на Титан? — предположила Лизавета.

Борис же, поймав мой недоумённый взгляд, хлопнул себя по лбу.

— А-а-а, вы же с «Земли 505», и у вас своя история! — вынес вердикт парень. И, несколько раз ткнув в свой стимпанковский наруч, вывел проекцию. Настоящую, объёмную проекцию, как в фантастических фильмах!

— Короче, мы действительно из другой вселенной, — пролистывая что-то вроде трёхмерных фотографий, сказал Борис. — Двенадцать лет назад с космодрома «Байконур» стартовала советская экспедиционная миссия по освоению Титана. И Роман Васильевич Лукьяненко — её штатный медик.

Долистав до нужной фотографии, Борис укрупнил искомое лицо. Не было никаких сомнений — с трёхмерного голоснимка, облачённый в скафандр с надписью «СССР», на меня смотрел подтянутый и румяный классик российской литературы!

— Здесь он как будто лет пятнадцать сбросил, — завороженно произнес я, попытавшись коснуться голограммы.

К сожалению, девайс из далекого фантастического будущего не понял моих намерений и включил следующий слайд. Я же, достал смартфон, в несколько натренированных движений нашёл необходимую страницу в Википедии.

— Фамилия-отчество, а также дата и адрес рождения совпадают, — заметила Лиза, которая, судя из общения, была в этом тандеме главной. — В данном случае мы скорее всего имеем дело с «дубликатом».

— Дубликатом? — переспросил я.

— Да, Олег, дубликатом, — в манере «старого» Гая Ричи ответила мне Лиза. — Существует множество немного отличающихся друг от друга миров, и в каждом из них живёт личный «дубликат» каждого из нас. В своем мире, на «Земле 505», вы — писатель. А у нас, на «Земле 1», — Первый Часовой СССР.

— А, например, на Земле 69″ — вообще женщина! — зачем-то добавил Боря.

— Первый Часовой? — произнес я уже улыбаясь.

— Первый Часовой! — не моргнув глазом подтвердила Лиза.

— СССР?

— Да, Олег! Да! — начала злиться Лиза. — Мы говорим о политике Т-перемещений! Давайте посерьезнее!

— Вам в Дубну бутиратов питерских завезли? — припомнив название подмосковного города атомщиков, я попытался свести всё к абсурду. — Солей, для борьбы с гололедицей?

— Видите голограмму? — спросил Борис казалось бы совсем не относящуюся к разговору вещь.

— Вижу, — подтвердил я, ещё до конца не понимая, в какой ловушку себя загоняю.

— Я тоже ее вижу, но таких технологий в вашем мире не существует! — хмыкнул, как мне раньше казалось, простой парнишка. — Тогда, выходит, мы с вами под одной капельницей.

— Тоже вариант! — хмыкнул я, на автомате попытавшись отхлебнуть из пустой кружки.

Тут парень не выдержал. Вскочил на ноги, вырвал из рук слюбимую кружку и что было сил запустил её в кафель стены. Естественно, керамика не выдержала, как и моё сердце. Мне её дочь подарила.

Но ещё до того, как я успел раскрыть рот, Борис присел над осколками и, активировав свою стимпанковскую перчатку, создал какое-то… Поле⁈