Книга Слой Первый. Книга 4, страница 70 – ПолуЁж

— Я понимаю, — я поднял руки в примирительном жесте. — И не лезу в твою историю. Но, может, я хотя бы взгляну поближе? Просто на руны. Некоторые из них мне совершенно незнакомы. Если я пойму их принцип действия, я смогу создавать более мощную защиту для наших…

— Я сказал нет.

Его голос не стал громче, но в нем прорезался такой металл, что, казалось, воздух вокруг зазвенел. Он сделал едва заметный шаг вперед, и я почувствовал, как от него волной пошла угроза. Чистая, неприкрытая, звериная.

— Не испытывай мое терпение, человек, — продолжил он, глядя мне прямо в глаза. — Союз союзом, но есть границы, которые не стоит переходить. Ты свою уже нащупал.

С этими словами он резко развернулся и, не оглядываясь, зашагал прочь, оставив меня стоять в полном одиночестве посреди пустеющей площади.

Я смотрел ему вслед, и во мне боролись два чувства. С одной стороны — досада. Я упустил шанс, а может, и навредил только что заключенному союзу. С другой — чертов азарт. Тайна его ружья, его прошлого, теперь стала для меня личным вызовом. Это была не просто очередная загадка Падших. Это была загадка Рыка. И что-то мне подсказывало, что эти две загадки тесно связаны.

Кажется, придется добавить в свой и так объемный список дел еще один пункт: «Узнать все о ружье Вождя».

С этими мыслями я и поплелся к шатру Великого Шамана. Нужно было засвидетельствовать свое почтение, так сказать. Поблагодарить за гостеприимство и загадочные намеки, которые, как ни странно, пару раз спасли мне шкуру. Хотя благодарить хотелось меньше всего. Больше хотелось встряхнуть этого старого кота как следует и вытрясти из него хоть один прямой ответ. Мечты, мечты.

У входа в шатер меня никто не остановил. Я отодвинул тяжелый полог и шагнул внутрь.

Все было, как и в прошлый раз. Полумрак, густой, пряный запах сушеных трав, от которого слегка кружилась голова, и тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием углей в жаровне. И сам Шаман. Он сидел все там же и все в той же позе, скрестив худые, обтянутые пергаментной кожей лапы, и держал в руках маленькую пиалу. От чашки поднимался тонкий, едва заметный парок.

— Садись, я ждал тебя.

— Буду тоже уходить, — без предисловий начал я. — Отряды готовы выступить с рассветом. Спасибо за… всё. — Слово «спасибо» вышло каким-то скрипучим, будто я им давно не пользовался.

Шаман улыбнулся. Улыбка у него была странная — не добрая и не злая, а какая-то всепонимающая. И от этого становилось не по себе.

— Путь не заканчивается, Грис, — тихо проговорил он. — Он лишь делает новый поворот. Ты ищешь следы, но смотри внимательнее. Иногда самый важный след оставляет не тот, кто ушел, а тот, кто остался.

Твою ж мать. Опять. Я сдержал тяжелый вздох. Ну почему они все не могут говорить нормально? Что Рык со своими тайнами, что этот старый хрыч со своими ребусами.

— Опять загадки, — не сдержался я. Раздражение, копившееся весь день, наконец нашло выход. — Слушай, уважаемый, я ценю твою мудрость и все такое. Но не мог бы ты хоть раз сказать прямо? Кто остался? Где остался? Что за след?

Шаман отхлебнул из пиалы и на несколько секунд прикрыл глаза, словно прислушиваясь к чему-то.

— Прямой путь — не всегда самый короткий, — так же тихо ответил он, открывая глаза. — Иногда, чтобы дойти до цели, нужно сделать крюк. Ты сам это скоро поймешь. А ответы… ответы приходят к тем, кто готов их услышать. Ты пока не готов. Ты слишком спешишь.