Книга Мастер Рун. Книга 11, страница 61 – Артем Сластин, ПолуЁж

— Да. — тот кивнул коротко. — Но, если бы я так сделал, люди бы не увидели связи. Меня поддерживали семь человек. Теперь, когда они принесли клятву, все встанут за моим плечом. Как я встану за твоим. Тебе ничего не грозит. Никто из нас не сможет причинить тебе вреда, да ты и так это знаешь, ты сильнее всех, кто тут живёт.

— Я и сейчас могу передумать и перебить вас всех, — ответил я грубо. — И спокойно заняться своими делами, плевать. Выкладывай, что в итоге ты задумал, вот только не говори, что у тебя нет готового плана, я не поверю. Рассказывай, если не хочешь, чтобы я передумал. Без всяких красивых слов о выбраться и прочем, как есть давай.

Рен облизнул пересохшие губы и начал говорить.

— В Яме около сотни деревень Корневиков. Ближайшие же семь находятся в одном-двух днях пути от нас, в каждом мы можем собрать от пяти до десятка охотников, годных сражаться и при этом не лишая женщин и детей еды и охотников. Кривой когда-то посчитал, что…

— Кривой?

— Да, мой дед не всегда был таким, в молодости он хотел того же что и я.

— Дальше.

— Двести человек, практики уровня от мышц до кожи и их хватит чтобы пробиться с боем в глубины города и добраться до сердца, выбив оттуда всю охрану древнего Стража.

— Да ты издеваешься! — я был готов прямо сейчас ударить его в лицо, этого дурного пацана.

И хотя мой возраст был меньше, то, что я сейчас видел перед собой это был упрямый фанатизм, оголтелый и безосновательный, построенный не пойми на каких фактах и теориях. Он ведь вообще не понимает, что без разведки, без серьезной подготовки начать такое дело, только поубивать людей. Если они раньше не справились, когда их было больше, то как я-то им помогу?

А затем он добавил, огоршив меня.

— А еще ты научишь нас драться.

Просьбу-приказ, которую я послал Бабаю, он ради разнообразия, либо понимая серьёзность ситуации, выполнил, не дождавшись моей повторной просьбы, как иногда было. Просто встал, подошел к створке, толкнул её мордой и лег поперек прохода, положив голову на лапы, тем самым давая понять, что сейчас отсюда никто не выйдет. По-моему, чувствовал он мое настроение гораздо лучше, чем я сам, а сейчас мое настроение было таким, что молоко в радиусе десяти метров от него скисло бы только от одного моего взгляда.

— Так ты говоришь, я должен учить вас драться, да? — спросил я Рена. — Вот прямо по настоящему, по-боевому махать копьями, убивать своих же соотечественников? Этого ты хочешь от меня?

Рен, видимо, еще не остывший от проведения ритуала, с белыми, уже зажившими шрамами на обеих ладонях, стоял посреди мастерской и, видимо, не совсем понимал, что происходит. Ещё минуту назад он смотрел на меня с выражением лица, как у человека, у которого все получилось, ведь по его мнению, карты легли как надо, фигуры встали, типа, партия сыграна. Ему осталось только дождаться, когда противник, то есть я, признает, что проиграл. Вот только я не собирался играть в его игры.

Подойдя вплотную, я ударил его кулаком в лицо без замаха.

Голова охотника мотнулась в бок, ноги поехали по гладким доскам, и он влетел спиной в стену мастерской, сбив с полки две заготовленные заготовки, которые вчера там ещё аккуратно сложил. Потом он сполз по стене, ошарашенный, и рука метнулась к поясу, где обычно висел нож, но не нашла его.