Книга Кодекс Практика: Страница 4, страница 131 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Вы достигли второго ранга лестницы силы. Меридианы открыты. Циркуляция ци стабилизована. Рекомендуется продолжить культивацию для укрепления каналов и подготовки к следующему этапу возвышения.

Я не знал, сколько времени прошло, так как перестал считать после первой тысячи дыханий. В сравнении с моей маленькой комнатушкой, оказаться в просторной тренировочной комнате было намного приятнее. Вместо холодного камня темницы, стены из тёплого дерева, вместо жесткого пола, на котором приходилось сидеть часа, выложенные бамбуковые плиты.

Вдоль стен находилось несколько деревянных болванчиков для отработки ударов, пара каменных тумб разного веса, а в углу пять фигур из чёрного нефрита с нанесёнными на них рунами. Они сразу привлекли моё внимание, но исходящая от них ци заставляла пока держаться подальше.

В центре комнаты был свободный круг, и я встал на него, сжимая в руке Обезглавливатель. Холодный клинок отзывался струящейся в ней силой, а внутри него уже пульсировала моя духовная энергия, готовая сорваться с лезвия по приказу хозяина. Я перекачивал её в оружие, а затем возвращал обратно в раскрытые меридианы. Это был новый ритм, полностью овладеть которым мне пока ещё не удалось.

Девять точек, от ступней до макушки пульсировали в такт сердцу, перекачивая энергию по телу, как кровь по венам. Я чувствовал, как ци поднимается от ног к животу, а затем растекается потоком в верхние конечности и проникает обратно в клинок.

Я сосредоточился на ударе, замахнулся мечом, и рубанув по каменной тумбе, высвободил поток энергии. Из клинка вырвался сгусток ци, оставляя небольшую зазубрину на поверхности болванчика.

— Что-то я делаю не так. — Пробубнил себе под нос и сменил стойку.

Ноги расставил шире, центр тяжести перенёс ниже, а положение меча не на отлёте, а у груди, как учил меня Чэн. Я призвал ци из глубин моих меридианов, и она отозвалась мгновенно, напитывая Обезглавливатель новой порцией энергии.

Рубанул снова и в этот раз сгусток оставил борозду глубже и шире.

— Всё ещё слишком слабо.

Я бил снова и снова, с каждым разом усиливая напор и делая потоки плотнее. Пот стекал по лицу, опускался на грудь, но это меня не остановило. Я продолжал тренироваться до тех пор, пока налитые кровью предплечья не заставили взять короткую передышку.

Руки дрожали, и я, опустив меч, вновь скорректировал стойку, уводя оружие за спину, лезвием вверх. Вдохнул, собрал ци в правой руке, перекачал в клинок и рубанул снизу вверх. Плотный поток энергии сорвался с лезвия меча и рассёк каменного болванчика надвое, осыпав меня мелкой крошкой. Стойка «Журавль на скале» оправдала своё название. Я опустил оружие, медленно выдыхая излишки энергии и закинул в рот пилюлю.

— Я и не знал, что ты продвинулся так далеко, мой ученик. — Раздался голос Чэна.

Мастер стоял на пороге, прислонившись к косяку. Он был одет в привычный тёмно-синий ханьфу с золотистой вышивкой во всю спину. Его волосы были аккуратно убраны в длинный хвост, а на лице играла лёгкая, почти отеческая улыбка.

— Спасибо, мастер. — произнёс я, утирая со лба пот и продолжая отыгрывать роль примерного ученика.

— Ты прогрессируешь быстрее, чем я ожидал. — сказал он, входя в комнату, — видимо тренировки Ши всё же пошли тебе на пользу. Признаюсь, его подходы к обучению никогда мне не нравились. Слишком грубые, слишком жестокие. Там, где нужны точные удары зубилом, он высекает топором, отрубая не только всё лишнее, но и то, что может понадобится в будущем. Правда в твоём случае это не так, да, мой ученик?