Книга Бескрайний архипелаг. Книга VII, страница 99 – Артем Сластин, Эльнар Зайнетдинов

У причала скрипели на волнах несколько обветшалых посудин с облупившимися бортами. Рядом теснилась дюжина рыбацких лоханок, просмоленных до черноты. Численность жителей острова едва превышало наш собственный экипаж, что объясняло ошарашенные лица на берегу.

Поселение я изучил ещё с палубы, пока «Гнев Богов» входил в бухту. Меньше полусотни строений тянулись вдоль берега в несколько неровных рядов. По вывескам сразу читались приоритеты местных жителей: пару кабаков с гостиницами, рыболовецкая картель и ни намёка на что-то иное. Поселение опоясывал частокол с дозорными вышками по углам. Готов поспорить, что фортификации возводили по чертежам, добытым из сундуков на стартовых островах. Слишком уж ворота похожи на те, что прикрывали нашу двадцатку выживающих от жужжерианцев и дакханов полгода тому назад.

На берег я сошёл с первой лодкой, встал чуть в стороне и ждал остальных. Несколько зевак наблюдали за высадкой с безопасного расстояния. Ящеролюды тихо переговаривались, бананоголовые вытягивали шеи. Судя по их удивлённым лицам, гости здесь — явление редкое. А может, всё дело во внекатегорийном судне? Впрочем, поди разбери их мимику.

Среди зевак выделялось одно существо. Патлатое, приземистое, макушкой едва достающее до пояса, оно стояло чуть поодаль и смотрело на нас жёлтыми, очень внимательными глазами. Пара длинных острых бивней, закрученные бараньи рога, густая бурая шерсть. Оно чем-то напоминало миниатюрного мамонта.

Народу на песчаном берегу становилось всё больше. Мы соскучились по земле под ногами за пять дней пути в море. Казалось, что голова до сих пор кружится от длинной череды водоворотов. Большинство из нас ночь проведёт без качки, и одна только эта мысль грела. Правда, не всех. Вахтенным снова досталось море.

Мамонтёнок тем временем неспешно сокращал дистанцию маленькими, как бы случайными, шажками. Среди наших реакции на туземца разделились. Одни давились смехом, другие смотрели с умилением, прочие демонстративно отворачивались.

— Господа, позвольте поинтересоваться, кто здесь капитан? — прогудело существо, приподняв хобот.

Голос вышел низким и гулким, но в нём явственно дрожала тревога. Оно и понятно. Столько вооружённых чужаков на берегу кого угодно заставят занервничать.

Когда хоботок был опущен, я не видел рта. Оказалось, что его и нет вовсе. Собственно, кончик волосатого отростка и являлся органом коммуникации. Сквозь, так сказать, губы проглядывали едва заметные зубы.

— По синему морю, к зелёной земле, плыву я на белом своём корабле, — пропел Юрий Молотов тонким детским голоском.

Хохот покатился по берегу. Смеялись в основном бывшие жители СНГ, те, кто постарше, кому эта песня знакома с детства. Кто-то подхватил, добавив что-то про маму и потерявшихся детей.

Мамонтёнок недоумённо переводил взгляд с одного певца на другого. Почесал хоботом затылок, помолчал немного и уже начал разворачиваться. Явно решил, что у Землян с головой не всё в порядке.

Я поднял руку, призывая всех угомониться.

— Макс Фаталь, — представился я, стараясь говорить дружелюбно. — Прибыли с миром. Переждём штормовую ночь и утром уйдём.

Крупные уши мамонтёнка расслабленно опали, глаза закрылись и открылись снова.

— Добро пожаловать, — отозвался он с нескрываемым облегчением.