Книга Бескрайний архипелаг. Книга VII, страница 51 – Артем Сластин, Эльнар Зайнетдинов

— Ну-ну. Ладно, шут с тобой, прощаю на первый раз. Только давай уже быстрее лети.

Сверху послышалось недовольное клацанье челюстей, а потом смех. Живот демона вздымался под моим боком, вибрация передавалась всему телу. Я ощущал каждый порыв его хохота.

— Сперва покажу тебе столицу острова Вечной Ночи, великий и ужасный Копотьград. Всё равно по пути. Там обитают лишь достопочтенные демоны. Жалким сборщикам и мучителям вход закрыт! Я — сводящий с ума суккуб, самый желанный гость в городе грехов!

— А как же архидемон?

— Он редко выбирается из цитадели. И вообще, не твоё дело, смертный! Опять нарываешься?

— Ты чего разнервничался? Не хочешь — не отвечай.

Возникла пауза.

— Раньше город отзывался воем, стоило мне появиться, — в голосе демона прозвучало что-то вроде ностальгии. — Теперь они просто смотрят.

— Бывает, — ответил я едва слышно, осознав наконец причину его раздражительности.

Город оказался небольшим. Если сравнивать с нашими, я бы сказал, что здесь обитает несколько тысяч существ, навскидку. Мы снизились, пролетая над главной улицей. Мой нос унюхал запах серы, нафталина и гниющего мяса. Под нами сновали фигуры разных размеров и форм. Некоторые останавливались, задирая головы вверх.

— Квартал боли и страсти, — проинформировал Мерзахт. — Самые прелестные демоницы острова Вечной Ночи дарят наслаждение тем, кто богат, именно здесь. Все они, понятное дело, обласканы мною тысячи раз… И ни одна не попросила платы! — добавила культяпка, что торчала в паху.

Из окон доносились стоны, смех, лязг металла, удары плетьми.

— Понятно, а там что такое? — я указал на круглое здание без крыши.

— Подберёмся поближе, — демон сменил направление полёта. — Узри же ристалище вечного поединка! Бои здесь никогда не заканчиваются. А вон та пара осквернителей сражается уже полтора чама без сна и устали. Победителя возвысят до мстителя, и он войдёт в близкий круг Абиссара, поступит непосредственно в моё подчинение. Я поставил тридцать кристаллов на плешивого лизуна.

Внизу, в арене, двое существ обменивались ударами. Один напоминал гуманоидного бизона с лысой головой. Второй же походил на прямоходящую мокрицу с множеством сегментов на спине. Звуки их столкновений отдавались эхом от стен, толпа вокруг выкрикивала что-то нечленораздельное.

— Даже не буду спрашивать, при каких обстоятельствах прилипло прозвище. Весело живёте, однако.

Мерзахт разразился хохотом, да так громко, что все вокруг подняли головы. Суккубы прервали беседы, козлоподобные существа замерли на месте. Даже сгусток, бесформенная масса у стены дома, протянул ложноножки в нашем направлении.

Оппонент плешивого задержал на нас взгляд непозволительно долго. Ошибка дорого ему обошлась: прилетел прямой удар копытом в морду. Мокрица поплыла, координация нарушилась. Лизун не упустил момента. Подсечка сбила противника с ног, тот грохнулся на землю. Переход в партер, серия безжалостных ударов по голове. Толпа взревела восторженно.

Мы продолжили путь. Где-то позади ударил гонг. Я обернулся и увидел вспышку огня на трибунах. Пламя взметнулось вверх, осветив лица зрителей. Стены арены уже скрыли самих бойцов.

— Ставка сыграла, — довольно протарахтел весёлый баритон откуда-то снизу, из культяпки в колене. — Плешивый лизун слаб на слух, потому и не услышал наш смех.