Книга Песнь Перна, страница 240 – Энн Маккефри

— Из Иста-холда пришла барабанная весть. Сибелл возвращается с запасом лекарственных трав, которые заказывал мастер Олдайв. Он будет в Морском холде Форта завтра к вечеру, если ветер удержится.

— Вот как? Что ж, интересно будет послушать рассказы нашего милейшего Сибелла о том, кто чем живет и дышит…

Только поднос с посудой, который Пьемур держал в руках, помешал мальчику запрыгать от радости. Работать на мастера Робинтона, пусть даже негласно, быть учеником мастера Олодкея – это не только не урон его репутации, это гораздо больше, чем то, на что он смел надеяться! А ведь он не раз обдумывал свою будущую судьбу.

Конечно, мастер Олодкей – не очень заметный человек в цехе, поскольку редко спускается с барабанной вышки. Худой, чуть сутулый, с большой головой, поросшей жесткими темными волосами, он, по меткому выражению шутников, сам напоминал палочку для басового барабана. Поговаривали, что он давно оглох от грохота сигнальных барабанов, но все признавали, что он отлично улавливает барабанную дробь: слух ему для этого не нужен – он чувствует вибрации воздуха.

Пьемур обдумал перспективы своего нового назначения и решил, что они отнюдь не плохи. У мастера Олодкея только четыре ученика, причем все старшие, и пятеро подмастерьев. Правда, у мастера Шонегара Пьемур был личным учеником, зато Шонегар отвечает за всех певцов цеха, а за мастером Олодкеем числится не больше десятка арфистов. Так что Пьемур снова попал в группу избранных. Конечно, он ощущал бы себя еще более избранным, если бы мог открыть всю правду…

Не чуя под собой ног, мальчик слетел вниз по лестнице, ловко балансируя подносом. Может быть, все-таки, если он докажет мастеру-арфисту, что умеет держать язык за зубами… Напрасно мастер Робинтон думает, что из него можно вытянуть сведения, которые он не желает разглашать. Пьемура ничто так не тешило, как собственная осведомленность. Ему даже не обязательно было демонстрировать ее другим. Мальчуган вполне удовлетворялся сознанием: он, Пьемур, сын никому неведомого кромского скотовода, причастен к важным секретам.

Зря он, конечно, ляпнул про Южный, но зато реакция мастера Робинтона показала, что его догадка верна. Они бывали на Южном – Сибелл-то уж точно, а может быть, и Менолли. С такими помощниками самому мастеру-арфисту не нужно пускаться в рискованные путешествия.

Пьемуру нечасто приходилось сталкиваться с Древними, а теперь Ф’лар и вовсе отправил их в изгнание на Южный материк. И мальчик ничуть о том не жалел – достаточно наслушался рассказов об их алчности и спеси. Но если бы его, Пьемура, попробовали сослать, он и не подумал бы сидеть сложа руки. Непонятно все-таки, почему Древние так безропотно смирились с унизительным изгнанием. Пьемур подсчитал, что на Южный материк отправились двести сорок восемь Древних со своими женами и среди них два непокорных предводителя Вейров – Т’рон из Форта и Т’кул из Плоскогорья. Семнадцать Древних вернулись на север, признав главенство Бендена – так, во всяком случае, Пьемур слышал. Большинство изгнанников и их драконы были уже в возрасте, поэтому боевая мощь Перна, можно сказать, не пострадала. Старость и болезни в первый же Оборот унесли сорок драконов; почти столько же отправились в Промежуток за нынешний Оборот. Пьемур решительно не одобрял такой поспешности, даже со стороны драконов Древних.