Книга Зачарованная река, страница 195 – Ребекка Росс

Адайра бросила письмо в огонь и смотрела, как оно превращается в пепел. Потом ее взгляд упал на красную шаль, накинутую на спинку кресла. Лорна подарила ей этот плед много лет назад и попросила Мирин вплести в узор один из своих секретов.

Адайра устала от лжи, устала от тайн. Ей было ненавистно осознавать, что она носила одну из них на своих плечах долгие годы.

Она взяла шаль в руки. Вещица была мягкой, изрядно поношенной за те годы, что она защищала девушку от ветра, пока Адайра бродила по холмам. Девушка потянула за шаль со всей яростью и страданием, которые были в ней. Чары рассеялись, и плед разорвался у нее в руках.

* * *

Ближе к вечеру прибыли вспомогательные отряды, чтобы следить за рекой в долине у крофта Мирин. Джеку нужно было поговорить с Адайрой. Он оставил мать и Фрей под защитой Восточной Стражи и медленно двинулся через холмы в Слоун, по-прежнему ощущая слабость во всем теле. Он подровнял острые края своих ногтей, но руки все еще дрожали. Бард задавался вопросом, сколько времени пройдет, прежде чем он снова сможет играть.

Весь этот день был странным, почти нереальным, как будто целый сезон расцвел и увял за несколько часов.

Вечерний час вот-вот должен был уступить место темной ночи, и к тому времени, как Джек вошел в Слоун, тени у его ног сгустились.

Он не знал, чего ожидать, но его удивила враждебность, царившая в городе. Юноша проходил сквозь сплетни и шепот, большая часть которых была об Адайре, о том, кто она такая и что клан хочет с ней сделать. Одни уверяли, что она с самого начала знала о своем происхождении и все это время сознательно обманывала клан. Другие сочувствовали ее положению. Некоторые считали, что под видом торговли она сдружилась с врагом и должна предстать перед судом. Другие – что ей следует отречься от престола до захода солнца, но не раньше, чем она обеспечит безопасное возвращение трех девочек.

Обеспокоенный, Джек направился прямо в покои Адайры по главному коридору, но обнаружил у ее дверей стражников. Он не знал, охраняют ли ее воины или удерживают силой. Поэтому Джек проскользнул в свою комнату и, воспользовавшись секретным проходом, подошел к ее покоям.

Стоя в тени, окутанной паутиной, он тихонько постучал в дверь.

— Адайра?

Ответа не последовало. Джек уже нащупывал щеколду в темноте, но вдруг услышал шорох. Луч света упал на него, когда девушка открыла дверь.

На ней был лишь тонкий халат; влажные волосы рассыпались по плечам. Юноша весь напрягся; он почувствовал аромат лаванды и меда, исходящий от ее кожи, и бросил взгляд ей за спину, туда, где в углу комнаты стояла медная ванна.

— Я не помешал? – прошептал он, сожалея о том, что выбрал неподходящее время.

— Я уже закончила. Входи, Джек. – Адайра посторонилась, приглашая его внутрь, и юноша перешагнул порог.

Когда между ними воцарилось молчание, Джек понял, что не может отвести от Адайры взгляда. Он хотел поделиться с ней многим этой ночью, но, увидев ее практически обнаженной, оцепенел. Она полностью завладела его вниманием, когда подошла к камину: ее ноги были босыми, лицо раскраснелось, а мокрые волосы оставляли прозрачные пятна на халате.

Адайра все еще не смотрела ему в глаза, не заговаривала с ним с тех пор, как покинула дом Мирин. Ей казалось, что она осталась совсем одна. Девушка потянулась к бутылке вина, стоявшей на столике у камина, и налила себе бокал.