Книга Зачарованная река, страница 146 – Ребекка Росс

Капитан в отчаянии уставился на чернильное месиво, пока Адайра не коснулась его руки.

— Все в порядке, кузен. Могу предположить, что ты не одобряешь эту встречу.

Торин покачал головой. «Брекканы ведут себя странно, они соглашаются на мир, предлагают нам лучшие товары, затем совершают набег и снова пытаются умилостивить нас». Если Запад и вел какую-то игру, то Торин не мог ее понять, и это порождало дурные предчувствия.

— Я думаю, что, несмотря на всю странность этого предложения, мне крайне важно встретиться с Иннес завтра, – заключила Адайра. – Я не только хочу вернуть украденное у Эллиоттов, но и кое-что уладить. Джек пойдет со мной, и я…

Торин начал неистово жестикулировать.

— Да, я возьму с собой пару стражников, – добавила Адайра.

— Нет, – поправила Сидра, наблюдая за движениями Торина. – Он хочет пойти с тобой.

— Но ты ранен!

Ему было все равно. Он прижал кулак к сердцу. «Все, о чем я прошу, – это стоять рядом. Быть там с тобой».

Адайра смотрела на него. Она выглядела измотанной, как будто не спала всю ночь. В ее глазах была печаль, и это беспокоило Торина. Он не видел ее такой с тех пор, как умерла ее мать.

— Хорошо, – согласилась она наконец. – Ты можешь пойти со мной, если завтра тебе станет лучше.

Он кивнул. Капитан подумал, что на этом визит Адайры окончен, но она нерешительно посмотрела на Сидру.

— Ты сказала ему, Сид?

Торин перевел взгляд с одной девушки на другую.

Сидра поморщилась.

— Нет, я хотела подождать, пока ему станет лучше.

Торин нахмурился. Наследница вздохнула и снова посмотрела на кузена.

— Речь об Элизе Эллиотт. Мы нашли ее.

Капитан с изумлением слушал о чудесном возвращении девочки.

* * *

Джек сидел за своим детским письменным столом, сочиняя балладу для ветра при свете свечи. С каждой ночью он спал все тревожнее и тревожнее и жалел, что не может уговорить мать уехать и пожить в замке, пока не наступят более спокойные дни.

Мирин всегда возвращалась к ткацкому станку; она не могла позволить себе оставить его даже на несколько дней. Ремесло было ее средством к существованию, и если бы она позволила страху перед Брекканами управлять ею, то никогда бы ничего не добилась.

Он остановился, закрыв глаза, чтобы дать им отдохнуть. Руку сводило судорогой от многочасовой работы, а в голове пульсировала тупая боль. Ему нужен был сон, но музыка была важнее.

Когда Мирин постучала в дверь, он нахмурился и повернулся на стуле.

— Входи.

Мать вошла, держа на ладони дирк.

— Прости, что прерываю тебя, Джек, но я хотела тебе кое-что отдать.

Юноша поднялся ей навстречу и удивился, когда она протянула ему клинок. Он узнал зачарованное оружие, которое Мирин носила на поясе.

— Твой дирк?

— Он никогда не принадлежал мне, Джек. Этот клинок всегда был твоим… подарок твоего отца. Он заставил меня поклясться, что я подарю его тебе, когда ты достигнешь совершеннолетия, но тебя в то время не было на острове, и поэтому я дарю его тебе сейчас как свадебный подарок.

Он пристально посмотрел на нее, затем на кинжал и вспомнил все моменты, когда видел его пристегнутым к ее поясу, вспомнил, как она носила его годами. Это было простое оружие с едва заметным магическим сиянием.

Джек колебался, прежде чем взяться за рукоять и обнажить тонкое лезвие. Он увидел свое отражение в стали, и его охватило любопытство.