Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 90 – Ши Цзин

Лицо продавца исказилось злорадством.

— Так зачем ты пришел? Что-то купить?

— Не за покупками. По делу.

Люй Сянь перестал улыбаться и попробовал убрать руку слуги из дверного проема.

— Денег нет. Проваливай, – решительно заявил он.

Цзянь Шу даже не шелохнулся:

— Разве молодой господин Янь только что не приобрел инструмент?

— Да его цинь всего лишь дешевка, – не моргнув глазом солгал торговец.

Гость развернулся с холодной усмешкой и сделал вид, что уходит.

— Тогда я пойду и передам хозяину, что в твоих отчетах трехмесячной давности нашлась сомнительная выплата на пять тысяч лянов.

— Ай-ай-ай! Есть деньги, есть! – Люй Сянь переменился в лице и, поймав слугу за руку, постарался затащить внутрь. – Ну ты посмотри, чему научился! Молод еще, а ведешь себя как старик Се Цзюйань! Брал бы пример с Дао Циня, и то веселее. За счеты хватаешься, угрожаешь – куда это годится? Ладно, говори, что случилось?

Цзянь Шу, привыкший к выходкам Люй Сяня, знал, что дело срочное, поэтому сразу перешел к сути:

— На Цаохэ перевернулась лодка.

— Какая лодка? – встрепенулся торговец.

— С сырым шелком.

У Люй Сяня загорелись глаза.

— Когда?

— Три дня назад. Известие пришло с пометкой «Срочно». Пока в столице почти никто не знает.

Люй Сянь хлопнул в ладони и расхохотался.

— Отлично!

Цзянь Шу продолжал:

— Господин сказал, недавно торговцы шелком в столице сговорились и сбили цены на сырье. Теперь, когда лодка на реке Цаохэ перевернулась, стоимость непременно подскочит. Если скупить сырой шелк сейчас, пока никто не знает, выждать и перепродать, можно заработать целое состояние. Беда в том, что из-за падения цен многие не выдержали и сбыли все запасы. Боюсь, на рынке мало осталось.

Люй Сянь задумался, быстро перебирая в уме крупных и мелких столичных купцов, и расплылся в улыбке. В его глазах вспыхнул азарт.

— Есть один.

* * *

Когда Ю Фанъинь вошла, Сюй Вэньи так испугался ее изможденного вида, что еле сдержал возглас изумления.

— Что с вами?! Не спали несколько дней? Эй, кто-нибудь! Подайте барышне Ю горячего чая!

Та потерла глаза и села. Слуга повиновался и украдкой обеспокоенно поглядел на девушку.

Это была комната для постояльцев в доме Общества земляков Цзянсу и Чжэцзяна, где приезжие могли остановиться, отдохнуть и обсудить дела.

Сюй Вэньи, торговец шелком из Наньсюня, что недалеко от Сучжоу, прибыл в столицу два месяца назад. Все началось с того, что магнаты Цзянсу и Чжэцзяна объединились и намеренно сбили закупочные цены на сырье. Это вызвало недовольство у производителей-шелководов, а мелкие и средние купцы вроде Сюя, которые зарабатывали перепродажей, с трудом сводили концы с концами. Пришлось ехать на север. Но кто мог подумать, что столичные крупные игроки сговорились с южанами? К тому же из-за наплыва провинциальных торговцев цены не только не выросли, а упали еще ниже и теперь едва дотягивали до половины прошлогодних. О какой выгоде тут говорить, если даже покрыть себестоимость производителей денег не хватало?

Торговцу было тридцать шесть лет. Даже без модной в те времена бороды лицо мужчины носило следы жизненных бурь: тонкие морщинки пролегли в уголках его глаз. Особенно усталым он выглядел в последние дни, когда цены на шелк не росли, а он застрял в столице и каждую ночь ложился спать, не зная, взойдет ли для него завтра солнце. Казалось, Сюй Вэньи жарится на сковородке. Даже его взгляд потяжелел: в нем сквозило гнетущее напряжение и тревога. Состояние и судьба человека зависели от одной сделки.