Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 169 – Dimash Suleimen

Но как бы там ни было, когда человек оказывается лицом к лицу с неведомым будущим, сердце его неизбежно сжимается от тревоги. И Алексей не был исключением.

Именно в этот миг четверо задир во главе с Саней преградили ему путь. Увидев их лица, не предвещавшие ничего доброго, Алексей вдруг мелко задрожал. Дмитрий и его свора решили, что тот трясется от страха, и залились довольным хохотом: — Что, струхнул? А ну, живо на колени перед господами! Моли о пощаде, не то всыплем тебе так, что родная мать не узнает, а после в реку кинем — раков кормить!

Чего они не знали, так это того, что Алексей дрожал от… предвкушения. Когда в душе накопилось столько тревоги и горечи, появление тех, на ком можно законно выместить злость, — это всё равно что ледяная вода в знойный полдень. От этого чувства хотелось стонать от восторга.

Четверка, снедаемая ненавистью, не стала тратить время на пустые разговоры. Они разом кинулись вперед, надеясь прижать Алексея к земле.

Но не успели они и пальцем до него дотронуться, как чья-то железная рука схватила Алексея за ворот и рывком оттащила назад. Саня и его друзья, летевшие на полной скорости, промахнулись мимо цели и по инерции кубарем покатились по пыльной мостовой.

— Ой-ой-ой! — завыли они от боли, а в голове у каждого пронеслась дурацкая мысль: «Только что ведь солнце светило, отчего же вдруг так потемнело?» Придя в себя и оглядевшись, они почувствовали, как сердце уходит в пятки. Их окружили полтора десятка дюжих молодцев в коротких портах — грузчиков с пристани. Даже самого скудного ума хватило, чтобы понять: дело дрянь.

Окружающие школяры тоже замерли в изумлении. Все знали, что портовые рабочие — народ суровый, живущий по своим законам, и в чужие дела они без нужды не лезут. С чего бы им вдруг заступаться за какого-то ученика?

А вот Алексей ничуть не удивился. Он еще издали приметил нарядную карету, украшенную синими и красными лентами — безвкусно, крикливо, зато дорого. Он знал хозяина этого выезда.

Спустя мгновение из кареты выпрыгнул рослый, плечистый детина. С сияющим лицом он направился прямо к Алексею. На нем был шелковый кафтан, расшитый золотыми монетами — наряд зажиточного купца, но при этом штанины были подвернуты, а на ногах красовались легкие тапки на плоской подошве. Двигался он на удивление быстро и ловко. Вид у него был нелепый — ни то барин, ни то разбойник, — но Алексей и бровью не повел, лишь вежливо улыбнулся.

Это был человек, чье имя в этих краях ставили в один ряд с самыми грозными атаманами — Василий Волк. Подойдя ближе, он зычно расхохотался: — Господин Морозов! Какая удивительная встреча!

Алексей усмехнулся: — И впрямь, удивительная.

Впрочем, «случайность» эта была явно подстроена. Василий, хоть и был предводителем местных удальцов, дорожил своей репутацией и знал, когда нужно гнуть спину перед властью. А он уже прознал из верных источников, что отец Алексея вот-вот займет кресло третьего по значимости чиновника в уезде.

Зная это, Василий мечтал поскорее замять старые обиды, но явиться с повинной прямо в дом к Морозовым не позволяла гордость. Узнав, что Алексей будет на пристани — на его, территории, — он поспешил сюда, надеясь на правах хозяина оказать услугу и тем самым помириться.

Видать, день был для Волка удачным: стоило ему приехать, как судьба подкинула шанс. Увидев, что какие-то сопляки лезут к Алексею, он чуть не заплясал от радости. Тут же подал тайный знак своим людям, и портовые грузчики мигом взяли «буянов» в кольцо.