Книга Когти, клыки и женская логика, страница 77 – Танья МЯУ, Татьяна Гер

— Зато вкусно! — рассмеялась Люда. — Давай ещё по кусочку, пока никто не видит.

Замок Дракулы возвышался на холме — такой мрачный. Его зубчатые башни пронзали серое небо, а ветви старых елей цеплялись за стены, будто пытались утащить его обратно в землю, из которой он когда-то вырос.

— Ну и ну… — выдохнула Люда, задрав голову. — Он ещё страшнее, чем на фотографиях.

— Зато атмосфернее некуда, — улыбнулась я, чувствуя, как по спине пробежал холодок — то ли от ветра, то ли от волнения.

Мы поднялись по выщербленным ступеням, и с каждым шагом замок становился всё внушительнее. Камень под ногами был скользким, а перила лестницы покрывала паутина. У массивных дверей нас встретила экскурсовод — высокая женщина в тёмном пальто с высоким воротником. Она окинула нас цепким взглядом и без предисловий начала:

— Входите, только не отставайте. В этом замке легко заблудиться — коридоры петляют, как змеи, а некоторые двери ведут не туда, куда ожидаешь.

Мы переглянулись с Людой и переступили порог. Внутри пахло пылью, деревом и чуть-чуть плесенью. Свет пробивался сквозь витражные окна, бросая на пол разноцветные пятна.

— Говорят, в полнолуние здесь слышны шаги, — негромко добавила экскурсовод, оборачиваясь к нам. — Но, конечно, это всего лишь ветер гуляет по коридорам.

Люда сжала мой локоть.

— Фаня, — шепнула она, — а если не ветер?

Я тихо рассмеялась. Экскурсовод двинулась дальше, а мы последовали за ней, зачарованно разглядывая гобелены с потускневшими узорами, тяжёлые электрические подсвечники и тёмные портреты на стенах — их глаза, казалось, провожали нас взглядом.

— Здесь, в этом зале, — продолжала женщина, — по легенде, граф принимал гостей. Правда, не все они покидали замок живыми…

Люда театрально вздрогнула и шёпотом спросила:

— А мы точно уйдём?

Я толкнула её плечом:

— Только если не будем пугать друг друга. Идём. Хочу увидеть ту самую башню!

Экскурсовод, будто услышав нас, свернула к узкой винтовой лестнице:

— Как раз направляемся туда. Говорят, из её окон виден весь край до самого горизонта. И ещё… — она понизила голос, — если прислушаться, можно уловить шёпот прошлого.

Мы с Людой снова переглянулись. В глазах подруги плясали озорные огоньки, а во мне разгоралось то самое чувство, ради которого мы сюда приехали: предвкушение приключений и чуть-чуть — совсем чуть-чуть — первобытного страха перед чем-то необъяснимым.

Винтовая лестница скрипела под нашими шагами, жалуясь на непрошеных гостей.

— Ну и холодина тут, — поежилась Люда, потирая руки. — Как в склепе.

— Зато посмотри, какой вид, — я подошла к узкому окну и замерла.

Перед нами раскинулся осенний пейзаж во всей красе: золотые и багряные леса стелились по холмам, извивалась внизу дорога, по которой мы приехали, а вдали, за лесом, блестела лента реки. Небо, ещё недавно серое, вдруг прорезали лучи солнца, окрасив каменные стены замка в розоватые тона.

— Красота… — выдохнула Люда, вставая рядом. — И правда стоило ехать через полмира.

Мы стояли так несколько минут, молча любуясь видом, пока экскурсовод не напомнила о себе:

— В башне есть ещё одна комната, — сказала она. — Говорят, там хранились какие-то старинные книги. Правда, большинство вывезли ещё в прошлом веке, но кое-что осталось.

Мы последовали за ней через низкий проём. Комната оказалась крошечной — едва хватило места для старого стола и полки с несколькими потрёпанными томами. На стене висел потемневший от времени гобелен с изображением охотника и оленя.