Книга Все равно женишься!, страница 21 – Елена Байм

Во мне вскипела такая ярость, что я едва не захлебнулся ею.

Сжал бокал так, что стекло жалобно скрипнуло. Я никогда не понимал — и никогда не приму такого мерзкого отношения к слугам. Она — девушка. Такой же человек, ну или почти, как и мы. У нее есть душа. Есть сердце. Есть чувства. Разве можно унижать ее ради забавы? Разве можно получать удовольствие от чужого унижения?

Я шагнул вперед. Я готов был вмешаться, осaдить и графа и Кэтти, но тут мой взгляд упал на Элизабет.

Она сидела рядом со своим женихом. Обвила его шею руками, прильнула всем телом и на глазах у десятков гостей поцеловала его. Взасос.

Долго. Жадно. С такой страстью, будто они были одни в спальне, а не в переполненной гостиной.

Кто-то зааплодировал. Кто-то присвистнул. Жених опешил на мгновение — но быстро пришел в себя, положил руку ей на талию, притянул ближе и ответил на поцелуй.

А я застыл.

Я ждал, что в груди рванет, как пороховая бочка, что меня захлестнет слепая, жгучая, ревность, от которой темнеет в глазах.

Но ничего.

Я стоял. Смотрел на них. И чувствовал лишь пустоту. Будто внутри меня что-то погасло.

Ничего.

— Бездна! Бездна! — злобно прошептал я.

Я злился на себя, я себя ненавидел себя за эту пустоту. Потому что понял, что бы я себе не внушал — я разлюбил Лиззи. И ничего больше не чувствовал к ней.

Не в силах больше оставаться в душном зале, я развернулся и вышел быстрым шагом. Выскочил на лестницу, ведущую к черному ходу, и остановился, переводя дыхание. Прислонился к стене и закрыл глаза.

А когда открыл их — увидел ту самую поломойку. Она стояла на нижней ступени недалеко от меня.

И тут в мою голову пришла безумная, дикая, нелепая идея.

— А что если дело не в Кэтти? Что если все беды от поцелуя? И стоит мне поцеловать женщину я тотчас начинаю думать только о ней?

Я должен был срочно проверить!

Шагнул к ней. Она подняла голову, я притянул к себе и … поцеловал.

Но ничего не почувствовал. Хотя она тоже дрожала, робко смущалась. Я разозлился в который раз на себя. Сказал — прости, и сбежал вниз по лестницу, крикнул, чтобы мне подали карету.

Колеса экипажа мерно постукивали по мощеной камнями дороге. Я провел в пути полдня, бесцельно заставляя кучера кружить по пыльным улочкам городка, но мысли так и не пришли в порядок.

В голове царил полнейший хаос, но я хотя бы отчетливо понял одно — мне нужно бежать. Подальше от семейства Вальмонт, подальше от навязчивого внимания Кэтти. Вернуться в собственное поместье, запереться в кабинете и в полном уединении все взвесить, без посторонних глаз.

Однако уехать немедленно я не мог, в выделенной мне гостевой комнате остались мои вещи. К тому же, перед побегом я был обязан объясниться со служанкой.

Вчерашний мимолетный порыв, когда я сгоряча поцеловал девушку, до сих пор жег губы стыдом. Я привел несчастную в полное замешательство, и мужское благородство требовало извиниться.

— Поворачивай к замку, — хрипло приказал я кучеру, высунувшись в окно.

И вот спустя два часа экипаж остановился у ворот. Я вышел, намереваясь быстро пройти в дом, но краем глаза заметил ту самую служанку в глубине сада — она сидела на пледе на земле.

Изменив маршрут, я решительно зашагал по гравиевой дорожке прямо к ней.

До цели оставалось всего несколько шагов, когда я обогнул кусты сирени и увидел, что рядом со служанкой сидела Кэтти. Я замер, как вкопанный. Подошвы сапог с хрустом заскользили по гравию, я едва не потерял равновесие. Паника холодной волной ударила в грудь.