Книга Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии, страница 53 – Наталья Добкевич

— Значит, убийца ранен, — медленно проговорил Рейнар.

— Не ранен, — поправила я. — Поцарапан. Поверхностно. Это не глубокое ранение, не потеря крови. Но свежие царапины должны быть. На руках, на лице, на шее — куда он успел дотянуться.

Рейнар посмотрел на меня. В его глазах зажёгся огонь.

— Мы можем его найти. По крови.

— У тебя есть магия для этого?

— Есть. — Он достал из-за пояса небольшой флакон из тёмного стекла. — Дай образец.

Я аккуратно, кончиком скальпеля, сняла частицы крови из-под ногтей Велара и перенесла во флакон. Кровь была ещё тёплой, живой.

Рейнар закрыл флакон пробкой, прошептал что-то на древнем языке, которого я не понимала. Кровь внутри засветилась тусклым золотым светом, пульсируя в такт чему-то, чего я не слышала.

— Готово, — сказал он, глядя на флакон. — Теперь я чувствую его. Убийца здесь. В подземелье. Недалеко.

— Куда?

Рейнар повернулся и указал вглубь — туда, где зал саркофага переходил в узкий коридор, уходящий в неизведанную часть подземелья.

— Туда.

Мы пошли.

Коридор сужался, стены становились всё древнее, покрытые не просто символами, а целыми фресками — сцены битв, ритуалов, чего-то тёмного и страшного. Факел Рейнара выхватывал из тьмы лица драконов с пустыми глазами, алтари, на которых горел чёрный огонь, фигуры в капюшонах, склонённые в поклоне перед чем-то, чего я не могла разглядеть.

— Что это за место? — спросила я шёпотом. Голос гулко отражался от стен, будто здесь не любили звуков.

— Древнее святилище, — ответил Рейнар. — Я читал о нём в старых книгах, в запретной секции библиотеки. Считалось, что оно запечатано пятьсот лет назад. Что никто не может сюда войти.

— Убийца смог.

— У убийцы есть артефакт. Он даёт ему доступ туда, куда другим нельзя.

Рейнар время от времени смотрел на флакон. Кровь внутри пульсировала всё чаще, всё ярче.

— Он близко, — сказал он. — Очень близко. Кровь откликается на своего хозяина.

— Корнелий, — мысленно позвала я. — Что ты чувствуешь?

— Магию, — ответил лич. Голос его был напряжённым, почти испуганным — я редко слышала у него такой тон. — Очень сильную. Она идёт из глубины. И что-то живое. Или не совсем живое.

— Демоны?

— Не знаю. Но это опасно, Агата. Очень опасно. Я чувствую ту же энергию, что и пятьсот лет назад, когда его забрали.

— Артефакт?

— Да. И что-то ещё. Кто-то ещё.

— Выбора нет.

Мы шли дальше.

Коридор закончился тупиком. Гладкая каменная стена без единого намёка на проход.

Но Рейнар не остановился — он подошёл к стене, покрытой символами, и приложил к ней руку с флаконом. Кровь засветилась ярко, отчаянно.

— Здесь, — сказал он. — За этой стеной.

— Как войти?

Он осмотрел стену, провёл пальцами по символам, что-то шепча.

— Тайный механизм. Древний. Такие ставили, чтобы скрыть вход в самое святое место.

Он нажал на один из камней. Стена дрогнула — и бесшумно сдвинулась в сторону, открывая проход.

За ней была темнота. Глубокая, древняя, пахнущая чем-то сладковатым и страшным одновременно. И свет — тусклый, красноватый, пульсирующий.

— За мной, — тихо сказал Рейнар. — Будь готова ко всему.

Мы вошли.

Зал оказался круглым, с высоким куполообразным потолком, который терялся в темноте. Стены были расписаны сценами поклонения — драконы, стоящие на коленях перед фигурой в чёрном плаще, алтари, жертвоприношения, тёмные ритуалы. Красный свет исходил отовсюду — от символов на стенах, от пола, от потолка.