Онлайн книга «Кудряшка не твоя. Второй шанс (не)возможен»
|
— Олесенька? Олесенька, всё хорошо? — чей-то голос прорывается сквозь пелену отчаяния. — А? — я едва слышу себя. Чувствую, как чьи-то руки осторожно бьют меня по щекам, пытаются привести в чувство. — Олесенька! — голос становится громче, настойчивее. Я открываю глаза и вижу над собой встревоженное лицо свекра. Его глаза полны тревоги, брови нахмурены. — Олесенька, ты чего? Что случилось? — Я? Я… Что со мной? — шепчу, пытаясь собраться с мыслями. — Тебя долго не было. Пошёл проверить, может, помощь нужна, а ты здесь валяешься… — он оглядывает меня с беспокойством. — Валяюсь… — повторяю, словно эхо. Оглядываю себя и понимаю, что да, я действительно лежу на полу у стены. Что произошло? Почему я здесь? И тут я чувствую, что низ живота противно ноет. Боль, тихая, но настойчивая, пробирается сквозь пелену шока. Пытаюсь приподняться, но свекор останавливает меня: — Олесенька… у тебя кровь… Не двигайся! Андрей, звони в скорую! Его слова звучат как приговор. Я опускаю взгляд и вижу алое пятно на юбке. Кровь. Она стекает по ногам, оставляя следы на полу. Кровь, ставшая точкой… Точкой во мне… Выкидыш… Из-за меня… Свекор что-то говорит, зовёт на помощь, но я уже не слышу. Всё вокруг растворяется в тумане, а в ушах стучит только одно. Он не родится… Наш с Андрей малыш не родится… Из-за меня… Из-за того, что я его не хотела… Глава 21 Два следующих дня я провожу в больнице. В стерильной тишине палат, где каждый звук кажется оглушительно громким, а время тянется бесконечно медленно. Белые стены давят, запах лекарств проникает в каждую клеточку сознания, напоминая о том, чего больше нет. Родные навещают меня. Приносят сладости, цветы, пытаются улыбаться сквозь собственную боль. Андрей приходит каждый день, заботливо поправляет одеяло, приносит свежевыжатый сок, спрашивает о самочувствии. Но между нами ледяная стена. Я чувствую её физически. Она растёт с каждым его прикосновением, с каждым взглядом, который он отводит в сторону. Я стараюсь не замечать этого. Стараюсь убедить себя, что так и должно быть. Каждый справляется с потерей по-своему. Возможно, это его способ пережить утрату того, к чему мы шли весь наш брак. Того, что должно было стать венцом нашей семьи. В день выписки из больницы за мной приезжает только Андрей. Это сразу напрягает. Я ведь помню, как Кудряшка с горящими глазами обещала встретить меня у ворот больницы, как репетировала речь, которую скажет маме. — А где Кудряшка? Она должна была меня забрать… Она говорила… — мой голос дрожит от тревоги. — Она ночевала у моих родителей, — сухо отвечает Андрей, паркуя машину у дома. — Её скоро привезут. Я всматриваюсь в его лицо. Холодное, отстранённое, будто высеченное из камня. — Андрей, всё в порядке? — Всё в порядке. Дома поговорим, — повторяет он тем же чужим, ровным тоном. Мы входим в дом, и первое, что бросается в глаза — непривычная тишина. Из прислуги в доме лишь один человек. Тот самый, что обслуживает Максима… Моё сердце замирает. — Что? Что происходит? — я бросаю на мужа растерянный взгляд, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой комок. — Мария, спустите чемоданы, — спокойно приказывает Андрей. — Что?! — Максим приехал за тобой, — поясняет мне муж равнодушно. — Заберёт вас с Ильяной домой. |